"Дело Зайцевой-Дронова". Месяц спустя

4804

Со дня трагических событий на перекрестке Сумской и переулка Мечникова, когда автомобиль "Лексус", за рулем которого находилась 20-летняя студентка Елена Зайцева, убил пятерых человек, прошел ровно месяц. Срок не большой для того, чтобы довести расследование до суда и приговора, тем не менее, необходимость подведения промежуточных итогов еще никто не отменял.

Что удалось сделать и выяснить за месяц?

Изначально казавшееся достаточно одноходовым дело постепенно начало усложняться.

Подозрения именно против Зайцевой были настолько велики – это можно отчасти списать и на повышенный уровень концентрации эмоциональности в общественном мнении – что ее закрыли уже через день без вариантов, которые гипотетически могли бы породить ссылки на относительно юный возраст и заявленное адвокатом слабое состояние здоровья. Причем, без права снесения залога.

По иному ситуация разворачиваться могла вряд ли. Любое альтернативное решение судьи вызвало бы в общественном мнении, как минимум, серьезное недопонимание. Возражения по поводу того, что общественное мнение – такая штука, которая в принципе мало кого интересует, конечно же, могут иметь место, но и тыкать лишний раз в него палкой для более активного бурления, как минимум, глупо.

Ситуация представлялась ясной настолько, что информагентства предприняли отчаянную попытку добавить хоть толику интриги, начав расстреливать массовое сознание, что называется из-за угла, конспирологическими домыслами в стиле знаменитого романа Александра Дюма о «железной маске». Некто заметил человека, похожего на Елену Зайцеву в аэропорту во время прохождения регистрации на рейс в ОАЭ. Иные некто «обнаружили» главного фигуранта дела уже на Кипре. Лучшие физиогномисты, узрев 1 ноября подозреваемую на следственном эксперименте на месте преступления, чуть ли не хором сказали: «Не она…» А полиция якобы задержала за рулем в нетрезвом состоянии якобы следователя, который вел пока еще представлявшееся незапутанным дело (Подробнее читайте «Над "Делом Зайцевой" сгущается туман»).

Впрочем, если учесть, что одним из важных условий доведения любого события, ставшего публичным, до более-менее логичного завершения, является его удержание в информационном пространстве, то подобные попытки удержать историю в фокусе общественного внимания если не совсем корректны, то, как минимум, технически объяснимы.

Из сообщений, не имеющих прямого отношения к делу, наиболее актуальным можно признать мониторинг производственной деятельности судьи Киевского райсуда Харькова Светланы Муратовой (именно ее назначили разбираться с аварией на Сумской), которая, как оказалось, занималась и ДТП с погибшими.

В июне 2011 года Муратова разбирала многоходовое ДТП – водитель превысил скорость, врезался в идущий впереди «Деу» и вытолкнул его на встречку под грузовик. В результате погибла женщина - пассажир «Деу». Удар деревянным молотком по деревянной таблетке – пять лет лишения свободы с испытательным сроком на три года. И возгласы «Серьезно?» абсолютно не уместны, потому что далеко не всякий сторонний наблюдатель в состоянии постичь все тонкости вынесения судебных решений, а в мировой практике еще и не такие прецеденты бывали. Во времена гражданской войны начала прошлого века условно могли приговорить хоть к расстрелу. К тому же, в этом деле виновник ДТП заплатил всем пострадавшим именно столько, сколько они хотели.

Но основным итогом первого месяца, безусловно, является усложнение дела за счет увеличения числа подозреваемых. 6 ноября правоохранители вспомнили о существовании второго участника происшествия – водителя «Фольксвагена», который столкнулся с несущейся на скорости более сотни километров на красный свет Зайцевой.

Елена Зайцева как реинкарнация Андрея Полтавца

8 ноября Геннадий Дронов был взят вод стражу, что перевело разбирательство в совершенно иной формат. «Дело Зайцевой» автоматически превратилось в «Дело Зайцевой-Дронова». К перетягиванию одеяла между обвинением и защитой добавляется примерно такой же вид состязаний между Зайцевой и Дроновым.

Дронов утверждает, что двигался со скоростью 25 километров в час и на разрешенный сигнал светофора. Проверить это настолько нетрудно, что невольно возникает вопрос: «А почему это не было сделано до сих пор?» Еще Галилео Галилей, не имея ни камер наружного наблюдения, ни современных приборов измерения времени, проводил достаточно успешные опыты с ускоренным движением тел.

Низкие шансы на возврат Дронова в статус «свидетеля» из статуса «подозреваемого» понятны практически всем, в том числе и самому Дронову, который во время рассмотрения апелляционной жалобы 16 ноября заявил:

«Своими незаконными действиями они хотят сделать меня крайним и перенести вину Зайцевой на меня...»

В качестве контрмеры подозреваемый номер два пригрозил объявить голодовку, но совершенно очевидно, что это мало что изменит в громкой судебной истории.

Уже используемое однажды в качестве исторической параллели «Дело Полтавца» 2008 года было завершено менее чем за 4 месяца. 2 мая водитель внедорожника Андрей Полтавец убил шестерых человек на трамвайной остановке, в конце августа он уже получил приговор – 10 лет с выплатой компенсации пострадавшим в размере 1 млн грн. или чуть более 200 тыс. долларов США.

К основным итогам первого месяца расследования следует отнести создание перспектив растягивания следствия и дальнейших судебных разбирательств на неопределенно длительный срок (если таковая необходимость возникнет), а также возможной минимизации наказания для лиц, которые могут быть признанными виновными в массовой гибели мирных граждан.

Напомним, что часть 3 статьи 286 УК Украины предусматривает за участие в ДТП, повлекшее гибель нескольких человек, минимальное наказание в виде пяти лет лишения свободы. А как показывает практика, пять лет – отнюдь не критический отрезок времени, чтобы к нему нельзя было применить понятие «испытательного срока». А замеры угасания общественного интереса к данному делу вполне могут привести к выводу, что с вынесением решения торопиться не стоит. 

Екатерина Павловская