Хитрый план Кернеса

4170

Современные общественно-политические реалии все чаще заставляют обращаться к опыту классического персонажа, которого друзья подобрали на улице, накормили в харчевне, научили волшебным словам «крекс, фекс, пекс» и… На этом история успеха обрывается. В общем, чрезвычайно гладкое развитие событий – первейший сигнал насторожиться: «А где у этого цилиндра второе дно? Откуда достают кролика?»

Никогда не проигрывавшая дела в Дзержинском районном суде (во всяком случае, так утверждают местные легенды) харьковская городская власть вдруг терпит на данной площадке правосудия сокрушительное поражение, да еще по такому принципиальному вопросу как проведение конкурса на замещение вакансии памятника на площади Свободы (в простонародье – «Дело одоробла»).

Напомним, что победителем завершившегося в феврале конкурса стал проект харьковского скульптора Александра Ридного - колонна с архангелом.

На следующий день после визита министра культуры Нищука в Харьков суд отменил решение харьковского горисполкома о проведении блиц-конкурса на эскиз-идею памятного знака на площади Свободы.  Наличие или же отсутствие причинно-следственной связи между визитом главы Минкульта и вердиктом суда на данном этапе развития сюжета имеет значение по большей части лишь для ценителей нюансов, поскольку на повестке дня появляется извечный вопрос революционной интеллигенции «А что же дальше?» Частично на этот вопрос ответил харьковский городской совет, заявивший о своем намерении подавать апелляцию, что может лишь на некоторое неопределенное время отложить окончательный вердикт: одоробла не будет.

Битва гигантов. Нищук против одоробла

А далее, очевидно, предстоит не менее непростая судебная тяжба с требованиями обязать горсовет провести новый, лучший, непременно международный конкурс, потому что проведение подобного конкурса альтернативными силами представляется сомнительным в силу повышенной организационной хлопотности и материальной затратности. И даже если бы альтернативный конкурс состоялся, далеко не факт, что ему удалось бы вырваться за рамки крайне невнятного статуса «совещательный». Потому что если горсовет признает именно этот конкурс единственно международным, то любой гражданин «Икс» сможет оспорить данное решение в суде, к примеру, на том основании, что тоже хочет провести конкурс – не менее международный.

«Запутанная история», - говаривал в таких случаях один всемирно известный доктор, что воленс-неволенс наталкивает на мысль о существовании некоего «хитрого плана». А на территории, где события по большей части происходят лишь для того, чтобы отвлечь внимание от других событий, существование такого плана не только практически возможно, но и теоретически обязательно. Законопроект о запрете абортов отвлекает внимание от безвиза, безвиз - от «шатуна», «шатун» - от квартиры Лещенко, квартира Лещенко от панамского скандала и так далее. Варианты возможны, но магистральная линия более-менее прослеживается. В общем, если на сцене появляется Снегурочка, обнаженная по пояс, на то, что Дед Мороз потерял бороду, внимания могут и не обратить.

Для более эстетически прихотливой части аудитории можно еще припомнить вошедший во все золотые коллекции баек случай из кинематографической практики Леонида Гайдая, завершившего кинокомедию «Бриллиантовая рука» картиной ядерного взрыва, которую режиссер согласился вырезать при условии, что иных претензий к фильму со стороны цензоров не последует.

Все более пристальное всматривание в проект Ридного-Чечельницкого наталкивает на вопрос: а действительно ли именно вот это и хотели поставить на площади?

Попробуем сравнить харьковское одоробло с одороблами в иных, не менее значительных городах мира.

Одоробло Нельсона в Лондоне имеет высоту чуть более 50 метров. А стоимость его строительства в современных расценках, по прикидкам экспертов, потянет миллионов на 6 долларов. (Во избежание вопросов «Скока-скока?!» сразу переведем в нацвалюту и получим более 160 миллионов гривен.)

Одоробло Трояна в Риме – 38 метров.

Одоробло Колумба в Барселоне – что-то около 57-ти.

Берлинское одоробло Победы (Пруссии над Францией во Франко-прусской войне) – около 67 метров.

Чрезмерная пафосность харьковского 86-метрового проекта весьма и даже очень напоминала попытки небезызвестного персонажа сразить общественность широтой размаха. Тем более что в более раннем проекте реконструкции площади значилась «площадка из брусчатки на месте, где стоял памятник Ленину».

«Это будут работы по продлению площади Свободы. Она приобретет свой первоначальный вид. На месте, где стоял памятник Ленину, не будет ничего», — рассказывал еще в августе 2016-го Игорь Терехов.

Да уж не ради ли монументально безупречной «площадки из брусчатки» и была проведена громоздкая, но простая комбинация с одороблом? Далеко не факт, что подобное решение, будучи принятым изначально, вызвало бы благожелательные отклики у архитектурно неравнодушной части городского актива. И проведение акции под лозунгом «Не позволим, чтобы на самой большей площади чуть ли не во всей Европе ничего не было» могли бы носить не менее напряженный характер, нежели антиодоробловская кампания.

Правда, с первоначальным видом вице-мэр, пожалуй, погорячился. Прирощенная к «первоначальному виду» часть сквера засажена деревьями (см. изображение). А деревья – это экологи, а экологи – это скандал, а скандал – это суд, а суд может и не позволить снос зеленых насаждений, ибо кислородное голодание. Но если ленинские места аккуратненько подрезать и забрусчатить, то через непродолжительное время только лишь опытные краеведы будут знать, какие ожесточенные скульптурно-архитектурные баталии разворачивались в Первой столице на пересечении эпох.

Дмитрий Михайлов