Залоговые каникулы

1620

Этот текст – краткая сводка торжества политической целесообразности над здравым смыслом. Запрет освобождения под залог в своей активной фазе обсуждается в украинском политикуме уже полгода, первые лица государства грозят пальцем, но арестованные по коррупционным делам чиновники продолжают гулять вальсом.

Чтобы понять абсурдность этой дискуссии, нужно взглянуть на хронологию событий. 28 января 2015 года внефракционный депутат Сергей Мищенко внес законопроект №1871, согласно которому меры пресечения в виде личного обязательства, домашнего ареста, залога не могут быть применены к лицам, которые подозреваются или обвиняются в совершении коррупционных преступлений. Благороднейшая инициатива, для имплементации которой не требуется ни бюджетных трат, ни поправок в Основной закон – только политическая воля руководства государства. Неделю спустя тогдашний генпрокурор Виталий Ярема выразил надежду, что Рада внесет изменения в Уголовно-процессуальный кодекс 6 февраля, но Рада надежд не оправдала.

Через почти два месяца, 27 марта, премьер-министр Арсений Яценюк декларировал, что Кабинет Министров инициирует изменения в Процессуальный и Уголовный кодексы Украины для ужесточения ответственности коррупционеров. На следующий день в интервью ICTV Петр Порошенко выразил сожаление о существующей норме законодательства. Я вообще люблю, когда полномочные лица выражают сожаление в сфере своей компетенции. Это аналогично тому, если бы я сожалел о грязи в собственном доме, вместо того, чтобы взять в руки веник или, по меньшей мере, заставить взять веник домашних.

Однако после президентского сожаления домочадцы все-таки взялись за инструменты уборки, правда, не собственные домочадцы, а соседи по лестничной клетке – «народофронтовец» Антон Геращенко 1 апреля вносит в Верховную Раду законопроект №2330, который предусматривает содержание высокопоставленных коррупционеров под стражей без возможности внесения залога. Браво Антону, не поленился сказать, что у соседей плохо убрано.

3 апреля Порошенко призвал фракции коалиции поддержать внесенный  Геращенко законопроект. Коалиция толерантно промолчала – дескать, мы тут у вас в гостях, и не факт, что надолго. Сами разбирайтесь со своим мусором. На следующий день премьер-министр понял, что с коалицией каши не сваришь и решил бить рублем, то есть, гривной, извините. На выездном заседании в Национальной академии МВД Яценюк предложил устанавливать залог в сумме 10-кратного размера взятки. Матерые нардепы с многосозывным стажем хихикают в кулачок: не для того они четверть века в чулок откладывали, чтобы сейчас испугаться смехотворных сумм. Инициатива повисает в воздухе еще на полмесяца.

А 20 апреля Кабмин вносит в Верховную Раду проект Закона о внесении изменений в УПК. Теперь в департаменте деловодства будут пылиться не только законопроекты Мищенко и Геращенко, но и проект КМУ. После этого затишье наступает на два месяца, пока 8 июля, на совещании с председателями областных горгосадминистраций в Одессе, Порошенко вновь не указывает на недопустимость процедуры залога в отношении коррупционеров.

Между тем, в 2014 году за коррупционные правонарушения были осуждены 788 граждан, но лишь 35 из них получили в суде реальный срок, а не условное наказание. Конверсия – 5%, в бизнесе такой проект признается не просто нерентабельным, а глубоко убыточным, после чего срочно требуется вмешательство кризис-менеджеров. Кроме того, за последний год на казначейские счета Украины было внесено около 30 миллионов гривен залога. Из них - только 78 тысяч взыскали в пользу государства за нарушение условий применения этой меры. То есть, процент нарушений условий обязательства фактически составляет 0,26%. Гарантия неизбежности, говорите?

А теперь немного о маленьких, но таких милых сердцу подзалоговых обвиняемых деталях. Залог - это мера пресечения, понуждающая подозреваемого исполнять свои процессуальные обязанности. Как это происходит в теории? Если фигурант прячется от следствия, препятствует ему, запугивает свидетелей или продолжает совершать преступления, залог уходит в доход государства, а если нет, то в дальнейшем из него будет погашаться ущерб. А теперь самая мякотка: если залог внесен не подозреваемым, а любым сторонним лицом, то независимо от суммы ущерба по окончании суда залог возвращается этому лицу. Ущерб же возмещается за счет личного имущества подозреваемого, которое, как известно, или записано на тещу, или томится в оффшорах. Госбюджету как чеховской Каштанке дают проглотить кусочек мяса на ниточке, чтобы потом сразу выдернуть его назад.

Противники отмены залога возражают, что в случае запрета налогоплательщикам придется кормить фигуранта уголовного дела, пока он будет чалиться в СИЗО. Однако, сдается мне, лучше потратить ежемесячно 2-3 тысячи гривен на содержание заключенного, нежели отпустить его в вольное плавание, где он успеет стремительно обанкротиться.

Мало кто из обывателей знает, но в нашем законодательстве существует практика заочного осуждения. Если залог внесен, а фигурант встал на лыжи, суд может арестовать его заочно, конфисковав его счета и имущество и вернув их государству. Очень здравая мера, применяемая неоправданно редко – из одиозных персон под этот механизм попала только экс-министр здравоохранения Раиса Богатырева, которая с прошлого года находится в бегах.

При этом эксперты говорят, что ранее практика выхода на свободу под залог применялась исключительно редко. Так, для примера, в 2010 году под залог были выпущены 109 граждан из 46 тысяч человек, в отношении которых суд избирал меру пресечения. Залоговые выходы в прямом смысле стали визитной карточкой нынешнего руководства страны. Ворон ворона, как известно, под залог выпустит, не иначе.

А что пока? А пока вот что: 32 миллиона 225 тысяч гривен суммарно было внесено за Топ-10 арестованных во время президентства Петра Порошенко. Из десятка фигурантов, за которых совокупно внесли эту нехилую сумму, только сепаратист Константин Долгов проходит по поджогу банкоматов и незаконном хранении оружия и Михаил Чечетов – по законам 16 января. Все остальные - по подозрению в коррупции и злоупотреблении служебным положением. Неужели бесконечно наступать на грабли – это так безболезненно?

Так чего не хватает руководству страны, чтобы наконец закипятить это блюдо под названием «гарантия неизбежности ответственности»? Прецедентов полно, хоть хрестоматию пиши; низкий КПД этой законодательной нормы налицо; избиратель лютует, Европа недоуменно посмеивается. Нужно только поднести спичку и принять закон в парламенте, да парламент манкирует, ибо как же отдельных его представителей тогда обезопасить от антикоррупционных дел.

Политической воли – вот чего сегодня не хватает президенту для борьбы с коллективным януковичем в стенах Верховной Рады. Пока олигархи всевозможных созывов и раскрасок сидят в креслах парламента, этот законодательный орган будет не развивать страну, а обеспечивать себе мягкие отходные пути. А их медиа будут мочить грузинских реформаторов, отбирающих у их правнуков кусочки Лазурного берега и хлебушка с икрой. Восстановление справедливости – это как букет женщине на 8 марта: затрат минимум, зато весь год с благодарностью вспоминается.

Сделайте украинцам это нехитрый подарок, Петр Алексеевич.

Александр Костенко