Все выше, выше и выше. Новая тарифная политика

774

Каждое новое президентство – за исключением, конечно же, четвертого – дарит стране невиданные достижения. Президент Владимир Зеленский установил мировой рекорд по продолжительности беспрерывного общения с представителями средств массовой информации. Однако содержательное наполнение 14-часового пресс-марафона, состоявшегося 10 октября, оказалось крайне далеким от актуальной повестки дня. При всем уважении к ставшему внезапно чрезвычайно популярным на территории страны Франку-Вальтеру Штайнмайеру его формула играет в повседневной жизни среднестатистического гражданина гораздо меньшее значение, нежели формула Ньютона (абстрагироваться от силы всемирного тяготения удавалось крайне немногим).

Более-менее приближенный к повседневным потребностям граждан вопрос прозвучал едва ли не однажды: а что, собственно говоря, с тарифами?

Проявление высших форм педантичности вряд ли позволяет относить снижение коммунальных тарифов к прямым предвыборным обещаниям Зеленского. Правильнее было бы говорить о зарожденных ожиданиях, не исключено, что в значительной части иллюзорных.

Накануне президентского выступления прозвучали вполне четкие сигналы в исполнении главы Минфина Маркаровой и премьера Гончарука.

Никакого более свежего информационного продукта, нежели тот, который пытались скормить потребителям коммунальных услуг в предыдущие пять лет, новый Кабмин сформулировать оказался не в состоянии.

«Вопрос в рыночном образовании тарифов… А люди, которые живут в больших домах, должны платить честную цену, а не быть тоже получателями субсидий. Потому что, когда мы держим низкую цену на тарифы для всех, это значит, что тот, кто живет в маленькой квартире, и тот, кто живет в большом доме, платят одинаковую цену. И это несправедливо. Во всей Европе работает рыночная система», - заявила Маркарова, лишь продублировав основные мемы, сформированные еще во времена премьерства Гройсмана – «рыночные тарифы», «честная цена».

Оставим пока в стороне вопрос о том, что при отсутствии рынка (абсолютно большая часть потребителей не имеют возможности выбирать поставщиков газа или коммунальных услуг) говорить о рыночной цене, если не абсурдно, то во всяком случае мало оправданно.

Речь идет о возможном (а скорее всего, о непременном) повышении коммуналки.

Премьер Гончарук на заседании Кабмина 9 октября заявил, что он не Нострадамус, а поэтому предсказывать повышение тарифов не в состоянии. То есть либо в правительстве не имеют никакого представления о планировании, либо премьер попытался съехать с темы с помощью аляповатой отговорки. Во всяком случае, если бы он начал что-то рассказывать о «нострадамусах» на совещании в крупной частной корпорации, то, скорее всего, уже побежал бы на биржу труда искать для себя менее сложную работу.

"Сегодня никаких решений по повышению тарифов не принималось, и правительство не планирует в ближайшее время делать то, чтобы повысились тарифы", - заверяет премьер, оставляя для себя широчайшие люфты для маневров.

«Сегодня никаких решений» - что называется, вообще ни о чем, так только рыбка гуппи живет одним днем, поскольку заряда ее памяти хватает на два часа. Среднестатистический потребитель коммунальных услуг склонен смотреть в завтрашний день даже вопреки заверениям одного известного политика, что «не только лишь все могут это делать».

Что в понимании премьера означает «ближайшее время», также находится на уровне предположений. День, два, год, пятилетка?

Но глава Минфина досталась действующему кабмину по наследству от старого, так что сторонний наблюдатель может воспринимать ее деятельность сквозь призму вопроса: «Что с нее возьмешь?»

Премьер «сегодня» воспринимается как фигура временная. Предсказывать ему сколь-нибудь продолжительную госуправленческую судьбу вряд ли кто решается.

Президент – иное дело. Собранные им в апреле текущего года 73% голосов не только уполномочивают, но и обязывают. Однако выйти за рамки парадигм «папередников» пока удается с трудом. А если быть более точным – не удается вовсе.

Попробуем отследить «папереднические» тенденции по пунктам.

"МВФ, если быть честным, требует рыночные цены». И Арсений Яценюк, и Владимир Гройсман рассказывали примерно то же самое.

«Так, рыночные цены для нашей страны сегодня – это увеличение тарифов». В данном пункте пока тоже ничего нового.

«Я говорил с МВФ и нашим правительством, мы договаривались об одном – смотрите, если даже мы откроем, действительно, рынок, и если у нас будут рыночные цены, мы с вами должны договориться, что процент от дохода семьи на оплату коммуналки, коммунальных тарифов. Этот процент должен уменьшиться, и это мы гарантируем людям».

Достаточно путанно и, возможно, сложно для понимания среднестатистического потребителя коммунальных услуг, но крайне близко к тезисам премьера Гройсмана «надо не коммуналку понижать, а доходы населения увеличивать».

К слову, нисколько не превознося более чем посредственное по общим ощущениям премьерство Гройсмана, стоит отметить, что за его трехлетие средняя заработная плата выросла с 4895 до 10537 (что-то около 400 долларов США) или на 115%. (Так как в современной политике Гройсману практически ничего не светит, то хвалебное слово в его адрес вряд ли дотянет до политической рекламы).

Если Гончаруку удастся к концу 2022 года довести среднюю зарплату до 800 долларов, ему определенно на малой родине установят памятник из гипса.

Изюминой в речи главы государства стало заявление о том, что «человек никогда не будет платить 50-70-80%, не дай Бог, за коммуналку от своего дохода или дохода семьи. Это я могу гарантировать».

Гарантия достойна одной из высших форм благодарности на уровне «Храни вас Господь», так как оплата за коммуналку семьи из двух взрослых со средней зарплатой, проживающих в 50-метровой «двушке», сегодня составляет порядка 20% в отопительный сезон.

Указанные выше достаточно сложные арифметические расчеты приведены для иллюстрации того, насколько главнокомандующий далек от темы. Зато он оставляет для себя серьезный зазор прочности – от 20 до 49%. Ведь 49 – это же не 50. А уж тем более не 70 и не 80.

Екатерина Павловская