Почему Гройсман прав и высшее образование нужно не всем

2889

Действующий премьер-министр Владимир Гройсман крайне редко попадает в актуальную повестку дня, то рассказывая о том, что надо было делать десять лет назад, чтобы в современной реальности все было хорошо, то пускаясь в стратегические прогнозы по поводу перспектив достижения средней зарплаты на уровне 1000 евро в необозримом будущем, если, конечно же, экономическая конъюнктура, погодные условия и расположение небесных тел будут благоприятными. То есть по большей части ведет себя как мудрый персонаж из бородатого анекдота, заявлявший: «Я не тактик, я стратег».

Но даже у главы Кабмина бывают отдельные попадания, что называется, в гущу текущих событий.

Одно из последних громких заявлений премьера, вызвавшее бурю эмоций в экспертном и околоэкспертном сообществах, о необязательности высшего образования для всех и каждого, оказалось максимально здравым и, в принципе, своевременным, что мы и попытаемся доказать.

Все заинтересованные лица, твердо стоящие на позициях критического реализма, более-менее отчетливо понимают, что часть граждан и ныне, и впредь, и здесь, и во всех странах мира будет оставаться без того, что называют высшим образованием. Премьер не открыл никаких америк, а лишь по принципам восточных акынов «о чем вижу, о том и пою» констатировал факт. Однако, образование, в том числе и высшее, на сегодняшний день остается тем единственным остатком наследия «совка», к которому можно еще применить понятие «недопроеденное» и с которым, следуя революционной теории, расставаться надо, но из-за слишком глубоко внедрившихся в массовое сознание порочных культурных парадигм делать этого не хочется. Именно поэтому слова первого министра были восприняты как плохо прикрытая угроза.

А теперь, почему можно утверждать, что премьер подобрался к истине, как никогда ранее.

Прежде всего, он руководствовался жизненным опытом, в том числе и собственным, что уже само по себе призвано внушать определенную толику доверия. Совершив пробежку трусцой по биографиям действующих министров, можно убедиться, что премьер представляет далеко не самую образованную часть правящего кабинета. Климпуш-Цинцадзе имеет два высших образования, Гриневич – два плюс кандидатскую степень, Петренко – два, Кутовой – три. Действующий премьер вместо института пошел в коммерческие директоры вещевого рынка. Факт, самым наглядным образом доказывающий, если не полную ненужность, то, как минимум, необязательность ВО. Штатовской фольклористике, к примеру, приписывают анекдот о человеке, который после пятого класса сбежал из школы, но впоследствии стал миллионером. Якобы этот человек утверждал, что покинь он школу после первого класса, то стал бы миллионером на четыре года раньше. Сюда же можно пристегнуть и список известных миллиардеров, которые подобно революционным матросам могли бы произносить фразу «Мы университетов не кончали», только с гораздо большей долей сарказма. Знатоки утверждают, что украшениям данного списка являются Билл Гейтс и Марк Цукерберг, у которых учеба в университетах отнимала слишком много времени от миллиардерской деятельности.

Приблизительно таков личный опыт премьера. Но следует всегда помнить, что в большинстве случаев личное – это же частный случай общественного.

Высокотехнологичный западный мир и пытающиеся подражать ему «совок» и «постсовок» наплодили огромное количество специальностей, требующих получения некоторого набора знаний в институтах и колледжах. Но в социально-экономической системе, активно работающей над тем, чтобы, скажем так, подобно атлету сбросить лишний вес, значительная часть социума зачастую даже не понимает ни сущности определенных профессиональных навыков, ни их практической необходимости. То есть среднестатистическому субъекту достаточно трудно объяснить, что такое, к примеру, гносеология или биометрика и какой с них можно получить гешефт. Чем занимаются миллионы отечественных, так называемых, менеджеров, вообще никто не знает, кроме того, что они «работают в офисе». Именно поэтому вся эта масса персонала, накапливающаяся как жирок в тучные годы, является первостепенными кандидатами на выкинштейн при любой революционной встряске и постреволюционных поисках истинных путей. В качестве традиционной исторической параллели можно использовать «лихие 90-е», когда многомиллионная армия бойцов за соцпакеты с высшим образованием, особенно сотрудников проектных организаций и научно-исследовательских институтов, оказалась на социальной помойке. А поскольку в данном кластере руками практически никто ничего не умел делать, то шустрые пошли в торговлю (и некоторые даже преуспели), а застенчивые - в иждивенцы или алкоголики.

Но даже наличие высшего образования в более-менее внятной сфере тоже ничего ровным счетом не гарантирует. Такое направление обучения как «авиационная и ракетно-космическая техника» анонсируют с десяток отечественных вузов в Киеве, Харькове, Днепропетровске, Кировограде, Запорожье и Житомире. И это не шутка, а суровые университетские будни. Совершенно очевидно, что в стране, где в лучшем случае собирается один самолет в год, большая часть выпускников отправится в ларьки продавать телефонные аппараты за самую низкую в Европе заработную плату, потому что конкуренция на данном участке сумасшедшая - в спину подпирают менеджеры по экономике.

Если производство автомобилей в стране за десять лет - с 2008 года по наши дни - сократилась с 400 тысяч до 4,3 тысяч единиц, то есть почти в сто раз, то абсолютно логично, что и потребность в специалистах с высшим образованием, работающих в автопроме, сократится в те же сто раз. То есть отрасли фактически требуется 1% специалистов от уровня 2008 года. Куда пойдут остальные 99% - это их сугубо личное дело.

Примерно на той же параллели реальности находятся судостроение, метростроение, станкостроение, металлургия и подобные небесполезные забавы.

Столяр, сантехник, автослесарь, электрик, представители других профессий, для получения которых высшее образование не обязательно, имеют конкурентные преимущества перед любым инженером-проектировшиком, физиком-теоретиком, астрономом-наблюдателем (не говоря уже о гуманитариях) не только на внутреннем, но и на международном рынке труда, что в эпоху евровекторности отнюдь немаловажно. Удел гастрабайтера с высшим образованием – уборка урожая в лучшем случае. А сантехник, он, как говорится, и в Африке – сантехник. Не говоря уже о ЕС, где большая часть людей с особым пониманием относится к культуре быта.

Екатерина Павловская