Перетягивание Айвазовского

2030

Едва завершился передел между Банковой и Кремлем Анны Ярославны (кстати, в пользу официального Киева, ибо Макрон подтвердил), в водоворот психоисторической войны угодил новый персонаж – Ованес Айвазян, более известный под именем Ивана Айвазовского.

Президент Порошенко, максимально чутко реагирующий на знаменательные события и памятные даты, решил отметить 200-летие всемирно известного живописца ФБ-постом от 29 июля следующего содержания:

«В эти дни 200 лет тому назад в Феодосии родился выдающийся художник – Иван Айвазовский. Чествуем наше наследие!»

Психоисторическому противнику на раскачку потребовалось не более суток. Один из членов Совета федерации РФ Алексей Пушков, буквально не выходя из уик-энда, дал отповедь через твиттер с присущим для заочной полемики сарказмом:

«Единое полотно Айвазовского, которое имеет отношение к Порошенко и его «наследию», это «Девятый вал». И он уже близится».

Суть приправленного политическим вангованием заявления можно было бы кратко переформулировать, как «руки прочь». Хотя попытки монополизации прав на историческое наследие в данном случае наталкиваются на серьезные препятствия. О чем, к примеру, свидетельствует жесточайшая дискуссионная баталия, развернувшаяся на ФБ-странице отечественного президента.

Иван Айвазовский родился в Феодосии, то есть на территории современного украинского государства. Считай, 1-0.

Но родился аж в 1817 году, то есть задолго до присоединения Крымской области к УССР. Как ни крути, а получается 1-1.

Предки Айвазовского перебрались в Крым из Галиции. 2-1 по любому.

Правда, дело усложняется тем, что в 1817 году Галиция входила в состав Австрийской империи. Таким образом, как бы появляется третий претендент на «наследие».

Ах, да… До 1774 года Крым входил в состав Крымского ханства, и этот факт тоже никуда не денешь.

Живописанию Айвазовский учился в Санкт-Петербургской императорской академии художеств у французского мастера Филиппа Таннера, а затем у выходца из Курляндии (территория современной Прибалтики) Александра Заурвейда. По фрагменту наследия вынь да положь.

Женился в 1848 году на англичанке Юлии Гревс, что жителям Туманного Альбиона тоже дает кое-какие шансы претендовать на часть спадщины.

При этом Айвазовский никогда не забывал о своем армянском происхождении (в 18-м веке предки художника Айвазяны перебрались в Галицию из Армении). Плюс ко всему, согласно семейной легенде, в роду числился еще и турок. По женской линии художник был правнуком сына одного турецкого военачальника, участвовавшего в битве за крепость Азов в 1696 году.

Теперь разберем политико-идеологический «облик-аморале» подзащитного.

Художник допускал высказывания, после которых в современном мире всенепременно удостоился бы места в «черном списке деятелей культуры» от вице-премьера Кириленко. (Например, в милитаристко-шовинистком стиле: «Каждая победа наших войск на суше или на море радует меня как русского в душе и дает мысль как художнику изобразить ее на полотне»). А это существенный минус.

Зато писал украинские пейзажи – а это плюс. Но с идеологически неправильным предлогом в названии - «Ночь на Украине». А это - минус.

Как можно заметить, применение национально-идеологического подхода к персоне живописца порождает эффект провисания. На поверку творческий гений не имеет никакой опоры, кроме таких зыбких категорий как общечеловеческие ценности и универсальность языка изобразительного искусства. Какой-то он получается уж очень общий.

Но в целом стремление заполучить популярный персонаж в пантеон героев с точки зрения формирования наступательной национальной идеологии вполне оправдано и порождено отнюдь не реалиями 21-го века. Например, бывший глава Румынии Николае Чаушеску велел считать румын потомками древних римлян и не наталкивался на существенные возражения в научной среде. А признанный, согласно опросу ЮНЕСКО, величайшим человеком второго тысячелетия Чингисхан числится национальным героем едва ли не у половины народов Азии.

Джону Кеннеди приписывается изречение: «У победы тысяча отцов, а поражение – всегда сирота». С небольшой переформулировкой данный афоризм вполне применим и к историческим персонажам. У белее-менее симпатичных деятелей отыскивается тысяча корней. Персоны неоднозначные подобны скитальцу Агасферу. Во всяком случае, с большим трудом представляется, чтобы кто-то выразил непреодолимое желание предоставлять историческое убежище Льву Троцкому, Феликсу Дзержинскому или Лаврентию Павловичу Берии. Хотя их место рождения тоже имеет четко выраженную географическую привязку.

Дмитрий Михайлов