О чем говорили Меркель с Зеленским. Подтверждение прогнозов

3221

Встретились – поговорили. 12 июля состоялась одна из ключевых международных встреч президента Зеленского в 2021 году – с канцлером ФРГ Анхелой Меркель.

Анонсировалось, что именно на этой встрече должен был решиться ряд вопросов, связанных с военно-политическим кризисом на Донбассе и предполагаемым запуском трубопровода «Северный поток - 2». Оба кейса глава государств и спикеры из его окружения в последнее время позиционировали в качестве чрезвычайных или особо важных.

Как и предполагалось, встреча прошла в теплой дружественной обстановке, так как уровень взаимных заверений во взаимности был традиционно высоким для мини-самитов с участием Владимира Зеленского и стратегических партнеров. Даже несмотря на то, что каждый из участников переговоров старался по большей части, как говорят в народе «дудеть в свою дуду», не особо обращая внимание на партию, исполняемую партнером.

Перечень вопросов, с которыми ехал президент Зеленский в Германию (по версии его пресс-секретаря Сергея Никифорова) мы детально рассматривали в предыдущем материале «Меркель, Зеленский и труба»

Поэтому смело можем переходить к рассмотрению уровня адекватности полученных ответов.

О чем рассказала «мадам» Меркель

Статус «мадам» фрау Меркель получила с легкой руки украинского президента, и наверняка не потому, что последний перепутал Германию с Францией (все-таки не Словакия со Словенией), а скорее дабы придать встрече легкий оттеняй куртуазности. Но это дело третье. Текст иногда бывает важнее обложки.

В качестве стилистических особенностей своего публичного заявления «мадам» канцлер выбрала обтекаемость форм, обобщенность формулировок и минимизацию конкретики.

Тезисно выступление Анхелы Меркель выглядело примерно следующим образом:

«я очень рада, что к нам приехал президент Зеленский»;

«мы хотим говорить о наших билатеральных отношениях» (не исключено, что этот термин скоро начнет гулять по внутриукраинским политическим дискуссиям; билатеральный - многогранный);

«можем дать 5 миллионов доз антиковидной вакцины»;

«прогресс в трансформации общества, децентрализации, преодолении коррупции… мы одобряем, что президент Зеленский сделал актуальным вопрос реформирования юстиции» (как политик с кое-каким опытом Меркель предпочла похвалить собеседника в вопросах, имеющих незначительное отношение к теме встречи, дабы сделать для него не совсем удобной жесткую постановку конкретных вопросов);

«нам нужна интеграция «формулы Штайнмайера» в украинскую правовую систему»;

«Европейский союз очень поддержал Украину в том вопросе, чтобы поддержать ее в этом вопросе»;

«мы все будем делать для того, чтобы «Северный поток - 2» не стал замещением транзитного договора России с Украиной».

Что сказал Зеленский?

Президент Зеленский также решил воздержаться от практики постановки вопросов ребром, применяемой им, в частности, в видеообращениях на youtube-канале, ограничившись по большей степени констатацией наличия тех или иных вызовов.

Например:

«Норд стрим - ту» несет потенциальную угрозу безопасности в регионе»;

«Украина может быть отключена в целом от газа» (здесь глава государства совершил явную политическую ошибку, так как общеизвестно, что в течение нескольких последних лет украинское государство не закупает газ у Российской Федерации, а следовательно, и отключенным от газа с этой стороны быть никак не может; газ продолжит поступать из стран Европы, как это было и ранее);

«прекрасный проект, который готовила немецкая сторона сообща с французской стороной под названием «Ключевые кластеры по выполнению «Минских соглашений» (рассказы «мадам» Меркель о «формуле Штайнмайера», которая неоднократно подвергалась в украинском политикуме жесткой критике и была признана неприемлемой, президент Зеленский тактично оставил без внимания: совпадают ли «кластеры» с «формулой Штайнмайера» и почему о кластерах ничего не сказала канцлер ФРГ, для сторонних слушателей осталось небольшой загадкой).

Серия никого и ни к чему не обязывающих заявлений нисколько не испортили двусторонние отношения. А, возможно, в некоторых местах даже и укрепили.

Вопросы, которые остались без ответов

Для того, чтобы предсказать исход переговоров в формате Меркель-Зеленский вряд ли потребовалась бы прозорливость Нострадамуса. Но угадывание даже очевидного отчасти тешит самолюбие.

В предыдущем материале мы прогнозировали, что президент Зеленский не станет задавать вопросы (во всяком случае, публично), которые бы могли поставить «мадам» Меркель в тупик или иное неловкое положение. Предположение оправдалось чуть более, чем полностью. Не прозвучали вопросы, еще несколько дней назад просто взорвавшие местное интернет сообщество: когда украинское государство станет членом ЕС и НАТО? Германия – не последний член в обоих альянсах, и глава именно этой страны могла бы внести хоть какую-то ясность. Но не в этот раз.

Не прозвучал вопрос: какой объем газового транзита через территорию украинского государства готова гарантировать Германия? Зависит ли это от Германии? Во многом. Например, руководство ФРГ могло бы сделать заявление о том, что N-ое количество миллиардов кубов пойдет по украинской ГТС, и только то, что сверх – по «Северному потоку - 2». Но от конкретики решили воздержаться.

Предложения главы государства перенести обсуждение газового транзита в «Нормандский формат» – попробуем предположить – не будут иметь перспектив. Во-первых, далеко не факт, что встреча «нормандской четверки» на высшем уровне состоится до окончания президентства Владимира Зеленского. Во-вторых, не факт, что все члены четверки согласятся на такое изменение тематики переговоров.

К любопытным особенностям двустороннего общения следует отнести ссылки на Байдена. В ближайшем будущем и канцлер Меркель, и президент Зеленский планируют встретится с американским президентом, и якобы именно на этих встречах должно что-то решиться по принципу «Байден придет, порядок наведет». Очевидно, Меркель будет настаивать на том, чтобы Штаты попридержали свою санкционную политику в отношении европейских компаний, которые участвуют в строительстве газопровода. Зеленский, по логике вещей, напротив должен требовать санкции вернуть и усилить (если формат общения с хозяином Белого дома предполагает какие-то требования или даже просьбы и выходит за рамки совместного участия в официальной фотосессии).

В любом случае, как уже говорилось, запас прочности у действующей правящей команды есть. Договор на транзит газа рассчитан до конца 2024 года: «Газпром» обязался пропускать не менее 40 миллиардов кубов в год. В противном случае, по версии премьера Шмыгаля, «Нефтегаз» будет требовать Стокгольмском суде взыскать с «Газпрома» 7,2 миллиарда долларов. Учитывая лояльность Стокгольмского арбитража к украинской стороне, дело можно считать выигранным (если что), а руководство «Нефтегаза» вновь получит многомиллионные премии.

Что будет после 2024-го – скорее всего, выходит за рамки текущего государственного планирования. Прекращение газового транзита может стать проблемой уже совершенно для иной команды «новых лиц».

Дмитрий Михайлов