Неделя предновогодних сюрпризов

1884

Все счастливые семьи, как известно из классики, похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему. Поэтому в счастливых семьях новогодних подарков и сюрпризов ждут с одинаково радостным предвкушением. В несчастных семьях невоспитанные детки валятся под елочку и дрыгают ручками и ножками с истеричным визгом «хочу-хочу-хочу». Самые хитрые и испорченные валятся даже под трибуну между двумя елочками и хотят-хотят-хотят конкретно перевыборов в Кривом Роге. Остальные не ждут от новогодних сюрпризов украинской власти ничего хорошего.

А сюрпризов на последнюю неделю парламентской сессии подготовлено целых три: бюджет, налоговый кодекс и конституционная реформа. Общие черты этих подарков – их весьма сомнительная ценность и неизвестность относительно того, когда и в каком виде они будут вручены адресату.

Бюджет – традиционный украинский новогодний подарок правительства парламенту. Вообще-то вручать его надлежит еще в сентябре. Тогда у депутатов есть несколько месяцев, чтобы добиться внесения в документ всяческих улучшений. Ну то есть как улучшений… Депутаты на жаловании олигархов пробивают всяческие льготы, преференции и благоприятный режим для бизнеса хозяина. Депутаты-мажоритарщики пытаются выхватить более-менее круглую сумму на финансирование своих округов. Во-первых, украсть проще то, что лежит ближе, во-вторых, перед местным народом можно прослыть заботливым и пробивным хозяином. Все это сопровождается пафосными тирадами о защите бедных и обездоленных.

Но в правительстве тоже не дурные сидят. Тем более что все льготы и преференции в бюджет они уже заложили для своего олигархического бизнеса, а финансирование округов – для своих депутатов. Поэтому хитрое правительство вносит проект бюджета в парламент как можно ближе к дате новогодних праздников. Этим маневром сводится к минимуму не только время на глупые популистские перепалки, но и тот кусок бюджетного пирога, которым придется поделиться с наиболее навязчивыми просителями, чтобы обеспечить принятие главного финансового документа большинством голосов.

В прошлом году правительство Яценюка нашло еще один убойный аргумент для самых несговорчивых: не проголосуете - МВФ не даст денег. Сработало. Осознав, что хорошо зафиксированный депутат в предварительных ласках не нуждается, прием повторили и в этом году. Но поскольку по понятным причинам дебет с кредитом свести упорно не удавалось, а поиски новых источников доходов привели правительство разве что к идее снова легализовать игорный бизнес, вместе с новым бюджетом предложили принять и новый налоговый кодекс.

Тут уж уперлись не на шутку даже депутаты из числа лояльных. На стороне правительства остались только МВФ и страны Большой семерки, а в арсенале только угроза, что кредитов таки не дадут. Понятно, что в такой ситуации хочется и невинность соблюсти, и капитал приобрести. Также понятно, что в депутаты идут скорее за капиталом, чем за невинностью. Однако ради видимости соблюдения невинности этап согласований и утрясок затянется еще на какое-то время, а решение будет принято не раньше, чем все стороны дойдут до нужной кондиции. И даже не факт, что именно до 31 декабря.

Еще интереснее ситуация с конституционной реформой. Ее тоже могли принять еще в сентябре, но было некому. Имеет смысл напомнить, что за изменения в Конституцию парламент должен голосовать дважды на двух очередных сессиях. Первый раз простым большинством в 226 голосов, а второй – конституционным в 300 голосов. Процесс этот изначально шел со скрипом. Предыдущую сессию, которая должна была закончиться перед летними отпусками, Гройсман не закрывал до самого конца августа, чтобы проголосовать на ней эти самые «конституционные изменения по децентрализации». Удалось это сделать только когда за ходом голосования прямо в сессионном зале пристально наблюдали заместитель госсектаря США и посол той же страны.

Следующее голосование можно было проводить уже 1 сентября, но Нуланд уехала, так и не доведя количество необходимых депутатских голосов до трех сотен. Если этого не сделать до 31 декабря, теоретически, Гройсман, как и летом, может не закрывать сессию до первого вторника февраля нового года, когда по Конституции должна начинаться новая сессия. Но если до этого времени изменения не будут проголосованы конституционным большинством, переносить их на следующую сессию уже нельзя, все придется начинать сначала. Да и тянуть время после 31 декабря особого смысла нет, поскольку этот срок указан в пункте 11 Минских соглашений, требующем вступления в силу новой Конституции к концу 2015 года.

Нуланд это понимала и подгоняла депутатов как могла. Понимал это и Байден, приезжавший в декабре. Но американский вице-президент то ли переоценил силу собственного обаяния на украинских депутатов, то ли только притворялся, что заинтересован в результате. Вместо того чтобы встать за креслом спикера в день голосования, а в сессионный зал ввести три сотни американских морпехов с взведенными кольтами и расставить их за креслами депутатов, он просто толкнул речь, погрозил пальчиком неназванным коррупционерам, призвал всех держаться вместе и голосовать правильно, после чего сел в железную птицу и улетел за океан. А с нашими депутатами такие номера проходят только в том случае, если вас не интересует результат.

Впрочем, возможно мы недооцениваем силу обаяния американского вице-президента Джо Байдена или американского госсекретаря Джона Керри, который тоже намекнул, что им и его людьми была проведена большая работа с украинскими депутатами. Но скорее это они недооценивают степень упрямства украинского законодательного корпуса. К тому же и в случае принятие конституционных изменений остается много открытых вопросов. Как в плане соответствия их договоренностям, заключенным в Минске, так и в заинтересованности украинской власти в мирном урегулировании на условиях, которые эта власть считает невыгодными.

Игорь Гридасов