Генеральный прокурор из параллельной реальности

1202

Чуть более десяти лет назад нынешний генеральный прокурор Юрий Луценко сравнил самого себя с вымышленным персонажем - Терминатором. После знаменитого избиения яйцами чучела Юрия Витальевича на свет родилась реплика «Терминаторы яиц не боятся». Однако истинное понимание всей глубины подобного сравнения приходит только в наши дни.

Напомним, что Терминатор был пришельцем из некоего иного мира (по киноверсии, из будущего), в силу чего ему было достаточно непросто адаптироваться к изменившейся для него реальности.

Одно из недавних заявлений действующего генпрокурора может подтолкнуть стороннего наблюдателя к мысли: а человек-то не от мира сего.

На одном из совместных заседаний парламентариев с представителями силовых ведомств завязалось обсуждение набившей уже оскомину истории о злоупотреблениях в «Укроборонпроме». По одной, пока еще не подтвержденной правоохранителями версии, отечественное вооружение собиралось из запчастей, поступивших с территории Российской Федерации контрабандным способом. Очевидно, желая показать бессилие Генеральной прокуратуры в разруливании некрасивой ситуации в рамках действующего законодательства, глава ведомства сделал публичное заявление о том, что контрабанда в стране – декриминализирована. То есть контрабандистов нельзя привлекать к ответственности на основании Уголовного кодекса.

https://www.youtube.com/watch?v=YowgaGPBQvU

Юристы-любители тут же ломанулись к первоисточнику, дабы, мягко говоря, натыкать носом якобы оконфузившегося правоведа в статью 201 УК, которая гласит, что контрабанда не только является уголовным преступлением, а за нее еще и светят очень немаленькие сроки лишения свободы – до 12-ти лет.

Ну, конечно, человек без профильного образования, под которого переписали закон и так далее, и тому подобное… Но предположение о том, что действующий генеральный прокурор – пришелец из будущего, радикальным образом меняет ситуацию. Он блестяще знает уголовный кодекс, но не современный, а тот, который существует несколько лет спустя, когда контрабанда действительно перестанет быть уголовным преступлением, и за нее будет полагаться не от 3 до 12-ти за колючей проволокой, а максимум – общественное порицание.

Как показывает практика последних недель, такой пересмотр отношения к понятиям добра и зла вполне возможен. Еще недавно незаконное обогащение считалось уголовным преступлением. Но 26 февраля 2019 года Конституционный суд признал подобную норму УК противоречащей основному закону. Якобы она не сопрягается с понятием «презумпции невиновности».

Для декриминализации контрабанды тоже можно подыскать вполне годное обоснование, например, преследование контрабандистов противоречит принципам свободы торговли.

Параллельно гостям из будущего в провластном кластере достаточно уверенно чувствуют себя гости из прошлого. На том же самом заседании активист пропрезидентской фракции, нардеп Иван Винник выступил с заявлением «Коррупции у нас нет», явно произрастающим из времен социалистического реализма, когда в стране не было практически ничего: ни наркомании, ни проституции, ни организованной преступности, ни коррупции…

Тому же нардепу приписывается заявление, поданное критиками так, что действующий президент украл у армии меньше, чем его предшественники. (Здесь стоит вставить частицу «якобы», так как для разговоров о хищениях со стороны кого бы то ни было требуется, как минимум, судебное решение). Стоит отметить, что само заявление явно не из нашей реальности, так как действующий уголовный кодекс отнюдь не поощряет тех, кто украл меньше. Укравший на армейском складе пару банок тушенки в случае разоблачения будет обязательно признан виновным по статье 185 УК (кража), если, конечно же, его действия не были продиктованы таким юридическим понятием, как крайняя необходимость.

Возвращаясь по времени немного назад, можно припомнить, что именно такой случай крайней необходимости приводил один их киевских блогеров, пытавшийся легитимизировать в общественном сознании злоупотребления служебным положением. Далее цитата:

"Та коррупция, которая сохраняется при нынешней власти (на порядок ниже, чем до 2014), является, во многом, вынужденной - главным образом, потому, что власти приходится воровать, дабы на эти деньги хоть отчасти информационно и организационно противостоять атаке объединенных путинско-олигархических информационных войск". (См. «Не хочется, но надо. Почему ворует власть?», 20 ноября 2018 года).

http://gx.net.ua/blog/ne-hochetsya-no-nado-pochemu-voruet-vlast.html

Иной раз и сам президент теряется во времени и пространстве. На одной из акций предвыборного тура пожилой гражданин несколько раз достаточно четко и ясно произнес: «Петр Алексеевич, благодарим за бедность». Глава государства внес поправку: «За борьбу с бедностью…», что выглядело, как не способность адекватно воспринимать происходящее вокруг.

https://www.youtube.com/watch?v=YowgaGPBQvU

Действительно, статистические данные указывают на то, что за 5-6 последних лет бедность – плюс-минус – осталась ровно та том же месте, где и была ранее.

В конце 2013 года средняя заработная плата по стране составляла 408 условных единиц. В январе 2019-го – 339.

В марте 2013-го средняя пенсия составляла 188 условных единиц, шесть лет спустя – порядка 97-ми.

То есть, говорить о какой-то борьбе с бедностью пока не приходится.

Но все становится на свои места, если предположить, что и главнокомандующий вещает в наш мир из некоей иной реальности, где борьба с бедностью действительно уже достигла сколь-нибудь осязаемых результатов.

Синхронизация реальностей могла бы стать одной из магистральных задач на ближайшую президентскую пятилетку. Однако перспективы решения этой задачи  пока не особо четко просматриваются. Во всяком случае, ни один из кандидатов не включил подобный пункт в предвыборную программу.

 

Дмитрий Михайлов