Дождется ли суда сбежавший диктатор

3223


К разряду бесконечных можно отнести три мероприятия: созерцание огня, текущей воды и расследование дел разжалованного из президентов Януковича.

 Старательно входящий в образ Генерального прокурора Юрий Луценко намедни выступил в качестве персонажа устного народного творчества, сообщающего в завязке повествования о наличии двух новостей: плохой и хорошей.

«Есть плохая новость: ни одного дела, которое я могу с чистым сердцем сейчас подписать и отправить на снятие неприкосновенности в Верховную Раду или относительно бывших высокопоставленных чиновников - в суд - нет. Готовых дел - нет. С другой стороны - хорошая новость: материалов много», - заявил Луценко в интервью телеканалу ICTV. (По форме и содержанию напоминает сообщение председателя колхоза в кризисный год: «Придется топить печки навозом, но его у нас завались».)

Поскольку хорошие новости воспринимаются как нечто соответствующее норме жизни и не вызывающее нареканий, фокусировке общественного внимания требует именно новость плохая. Два года, конечно же, не срок для изысканий в сфере поиска истины (для доказательства теоремы Ферма потребовалось более трехсот лет). Тем не менее, хотя бы одна из версий заминки в подготовке окончательного варианта уголовных дел могла бы украсить сообщение Генерального прокурора. Отсутствие четкой позиции главы компетентного органа вынуждает к самостоятельному выдвижению гипотез. Это очень-очень-очень сложные дела, для расследования которых потребуется очень-очень-очень много времени. Или: уровень квалификации специалистов не позволяет давать адекватный ответ на вызовы современности. Или: саботаж (в кинокартинах эпохи соцреализма подкулачники записывались в колхозы, что бы вредить понемногу без всякой личной корысти, а исключительно из классовой ненависти). Или: наличие в деятельности ГПУ коррупционной составляющей. Или: отсутствие заинтересованности расследовании у представителей государственных институтов, вносивших на рассмотрение и утверждавших кандидатуры предыдущих генпрокуроров. И так далее. И тому подобное. Нужное - обвести желтым маркером.

В прошлом году, еще пребывая на должности главы фракции БПП, Юрий Луценко, общаясь с родственниками погибших во время массовых акций в феврале 2014 года, анонсировал передачу в суд дела экс-президента Януковича. Однако не срослось. То ли стремление выдать желаемое за действительное взяло верх над необходимостью оставаться в жестких рамка реальности, то ли уровень информированности оказался недостаточным для воссоздания объективной картины мира.

Высокий пропагандистский потенциал, заключенный в идее уголовного преследования представителей свергнутого режима, стимулировал стремительный рост активности правоохранителей в открытии громких и обещающих массу информповодов дел. В частности, против экс-президента. Об открытии уголовного дела по факту массовых убийств на майдане, фигурантом которого мог бы стать Янукович, действующий глава МВД Арсен Аваков объявил еще 24 февраля 2014-го. 2 марта того же года и.о. генпрокурора Махницкий сообщил, что после ростовского выступления Янкуовича ГПУ открыла уголовное производство по статье 109 УК (действия, направленные на смену или свержение конституционного строя или на захват государственной власти). Спустя четыре дня экс-президенту был инкриминирован захват государственной власти в виду возврата к Конституции образца 1996 года. 12 января 2015 года Янукович был внесен в базу розыска Интерпола по обвинению в незаконном присвоении и растрате имущества. 19 января Печерский районный суд города Киева вынес заочное постановление об аресте Януковича. Еще пару обвинений было выдвинуто в присвоении, растрате или завладении имуществом путем злоупотребления служебным положением и создании организованной преступной группировки. Но тот факт, что дел на бывшем президенте оказалось больше, чем объявлений на заборе, отнюдь не продвинул развитие сюжета к логичному финалу: встать, суд идет, обвиняемый, ваше последнее слово.

16 июля 2015 года Интерпол вообще приостановил международный розыск Януковича, ибо установил, что информация от украинских правоохранительных органов вызывает серьезные сомнения. И подачу вызывающей сомнение информации вряд ли можно отнести к разряду объективных факторов.

В жизни некоторых бывших соратников экс-президента произошли близкие духу события.

Тот же Интерпол отказался разыскивать бывшего генпрокурора Пшонку.

28 января Европейский суд в Люксембурге снял санкции с экс-премьера Николая Азарова, бывшего первого вице-премьера Сергея Арбузова и экс-министра энергетики Эдуарда Ставицкого с крайне любопытной формулировкой: «Суд определил, что лицо не может считаться ответственным за незаконное присвоение денежных средств исключительно на том основании, что в его отношении ведется предварительное расследования в третьей стране, без четкого понимания органами власти ЕС обстоятельств этого расследования». Либо власти ЕС отличаются высшей степенью непонятливости, либо правоохранительным органам не удалось достаточно внятно сформулировать собственную позицию.

Политический «однополчанин» действующего генпрокурора Мустафа Найем отметил назначение бывшего коллеги по фракции на высокий пост следующим прогнозом относительно программы действий последнего: «Судя по всему, новый Генеральный прокурор Юрий Луценко сосредоточит всю свою активность против отсутствующего в стране Виктора Януковича. (Впрочем, он этого и не скрывает.) На этом будет построена вся публичная активность, и есть риск, что к этому сведутся и все реформаторские достижения».

Ключевой фразой является «будет построена вся публичная активность».

Дождутся ли суда экс-президент Янукович или члены сформированного под его чутким руководством кабинета? Далеко не факт. Некоторые дела представляют большую выгоду для части их активных участников именно в незавершенном состоянии, когда наличие шашечек на кузове автомобиля является важнее необходимости обраться в пункт назначения. К тому же в отечественной новейшей истории есть самые что ни на есть наглядные примеры. Висящее уже 12 лет диоксиновое дело вряд ли когда-либо будет доведено до логического финала, хотя бы потому, что существующая версия об отравлении бывшего президента Ющенко противниками демократии уже превратилась в некую неопровержимую истину, и проверять ее на прочность с помощью судебного разбирательства никто особо не настроен.

История экс-президента, рассказанная его политическими оппонентами, тоже достаточно четко сформулирована и понятна основной массе телезрительской аудитории.

В популярной некогда пьесе Джона Бойнтона Пристли «Опасный поворот» герой потянул за нить событий и распутал клубок таких отвратительных обстоятельств, что знаменитая присказка экс-премьера Яценюка стала для него руководством к действию. Захотят ли глава реформирующейся буквально на глазах генпрокуратуры и его собратья по политическому цеху грузить и без того затурканное народонаселение фактами, суммами, именами и званиями, которые могут просочиться в информационное пространство сквозь стены зала судебных заседаний – пока далеко не ясно.

Дмитрий Михайлов