Битвы транзитеров

2372

Так совпало, что стремительное движение Украины по курсу евроинтеграции сопровождается не менее стремительным сокращением экономического потенциала страны, очевидно, в соответствии с правилом: в новый дом без старой утвари. И западные партнеры демонстрируют полную готовность оказывать в реализации данного плана самое активное содействие.

Польские товарищи приготовили новогодний «подарок» официальному Киеву в виде заявления, усовершенствовавшего публичную позицию Варшавы по строительству второй очереди газопровода «Северный поток».

«Мы хотели бы, к примеру, чтобы будущие газопроводы из России в Западную Европу проходили, в том числе, по польской территории. Это было бы знаком солидарности и партнерства ЕС со странами Центральной и Восточной Европы», — заявил министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский.

Выступление главы польского МИДа можно считать творческим продолжением заявления президента Анджея Дуды в интервью журналу Spiegel в конце декабря: «Мы ждали от немцев больше солидарности. Тот факт, что сейчас между Россией и Германией в обход Польши планируется второй газопровод «Северный поток», вредит не только польским интересам, это повышает зависимость от России. Наши отношения с Германией — как в браке: мы любим друг друга, но время от времени бывают мелкие ссоры».

Еще совсем недавно вступавшая в дискуссии по СП-2 с миной крайнего скепсиса на лице Польша корректирует тональность, очевидно, руководствуясь основным принципом альтернативного айкидо – если нечто неизбежно, расслабьтесь и получайте удовольствие. Подобная демонстрация навыков польской дипломатии садиться на шпагат даже в телефонной будке ради партнерства и солидарности является крайне тревожным сигналом для украинской стороны. По всей видимости, польская сторона упустила из виду, что крупнейшим транзитером российского газа является именно Украина, обладающая опять-таки крупнейшей ГТС с пропускной способностью на выходе в страны Евросоюза 142,5 млрд кубометров (в 1,3 раза больше, чем смогут прокачать оба «Северных потока» вместе взятые). Да, за последние пару лет объем транзита резко сократился: с 86 млрд кубов в 2013 году до 67 млрд кубов в 2015-м. Тем не менее, на транзите Украина зарабатывает, по данным премьера Яценюка, 2 млрд долларов в год. По нынешним меркам это колоссальная сумма для страны (более 50 млрд гривен). Бытовой калькулятор позволяет быстро и точно рассчитать показатели, необходимые для моделирования ситуации, которая может сложиться в ближайшей перспективе. «Северный поток» в 2014-2015 при мощности 55 млрд кубов пропускал 33-34 млрд кубометров газа. Строительство второй очереди, открытие которой запланировано на 2019 год, увеличивает мощность ровно в два раза – до 110 млрд кубов. На момент окончания контракта на транзит российского газа с украинской стороной в 2019 году Газпром и ЕС (в лице ее наиболее равного среди равных представителя– ФРГ) будут иметь трубу, способную пропускать дополнительно порядка 75 млрд кубов, что с лихвой перекрывает прокачку через территорию Украины. Конечно же, такая ситуация, во-первых, необязательна (при современной скоротечности смены позиций на «Великой шахматной доске»), во-вторых, крайне нежелательна (отъем 2 лярдов у самой бедной страны Европы – это грабеж среди бела дня), но весьма и весьма возможная. Цифры – упрямее фактов.

Помимо вероятной потери Украиной живых денег в недалекой перспективе позиция западных партнеров уже сегодня наносит колоссальный моральный ущерб, практически до основания разрушая столь непросто создаваемую для внутреннего информационного рынка идеологическую установку «весь мир с нами». А ведь совсем недавно в премьерском исполнении небо представлялось совсем в иную клеточку, а друзья - в более красочную полосочку.

На одном из последних заседаний антикризисного энергетического штаба глава Кабмина Яценюк рапортовал: «Десять стран – членов Европейского союза выступили жестко против строительства «Северного потока».

Я и П сидели на трубе

Подготовку «демарша десяти» украинский премьер приписывал своему чуткому руководству: «Напомню, что впервые этот вопрос был поднят мной на совместной пресс-конференции вместе с премьер-министром Словакии. И наша позиция – четкая: строительство второй ветви «Северного потока» является антиукраинским и антиевропейским проектом».

Формулировка «Десять стран Европейского союза сегодня поддержали Украину» была признана подчеркнуть, что позиция десяти восточноевропейских государств (в «проукраинскую десятку» тогда входили Болгария, Чехия, Эстония, Греция, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния и Словакия) продиктована именно соображениями партнерства и солидарности. В сущности, так оно и есть, только представления о партнерстве и солидарности в данном случае у стран-активистов и главы украинского правительства несколько разнятся. Жесткая установка официального Киева в стиле «это наша корова и мы ее доим» срикошетила от стены премьерского кабинета и вернулась обратно.

Здесь бы подключить всю мощь украинской дипломатии (а следом за ней и пропагандистской машины), и вернуть дружественный польский народ в русло концепции «весь мир за нас». Но министр Климкин – один, и он сейчас реально занят, о чем и отписался на своей странице в твиттере: «Кому праздники, а кому ООН. Уже пятый день живем жизнью члена Совбеза. Вчера говорил по телефону с уругвайским коллегой. Глобальная координация».

Нет уверенности, что большинство жителей самой большой страны в Европеразличают Уругвай и Парагвай. Но работа по «глобальной координации» все равно впечатляет.

Что касается сегодняшней позиции ФРГ (от глобальной координации возвращаемся к местечковым проблемам), то ее максимально четко сформулировал вице-канцлер Зигмар Габриель: «Это наши интересы. Не только интересы Германии, но и за ее пределами, очень интересный проект».

Данную мысль развил уполномоченный правительства ФРГ по германо-российскому межобщественному сотрудничеству Гернот Эрлер: «Подобные дополнительные мощности приведут к большему обеспечению энергобезопасности в Европе, так как этот газопровод… не будет ни от кого зависеть».

Иными словами, в Германии не только не считают «Северный поток» антиевропейским, увеличивающим энергозависимость от РФ, а совсем даже напротив – повышающим энергобезопасность в Европе как раз за счет выпиливания с рынка транзитеров-посредников («так как этот газопровод… не будет ни от кого зависеть»).

Конечно же, правила политкорректности требуют упомянуть и Украину. И она упоминается.

«Мы встали на хороший путь переговоров по этому вопросу, - отмечает Зигмар Габриель (кто уже его забыл – вице-канцлер ФРГ). - Чтобы ограничить именно политическое вмешательство в эти вопросы, надо обеспечить, решить, урегулировать вопрос роли Украины как транзитной страны. Это имеет и технические причины, и вы знаете, что состояние именно системы газотранспортной на Украине не в очень хорошем состоянии. Но, конечно, финансовую и политическую роль это будет играть для Украины, что касается обратного потока газа…»

В переводе с языка вице-канцлеров на популярный это звучит примерно так: Они прекрасные хлопцы, но трубы у них ржавые. А поскольку у них очень плохие отношения с газопоставщиком-агрессором, то мы им дадим прекрасный газ из Европы, на что однозначно указывает упоминание «обратного потока». (Если Левка Крик с уверенностью утверждал, что «еврей, севший на коня, перестает быть евреем и становится русским», то что мешает считать газпромовский продукт, побывавший на территории ЕС, европейским?)

Пока поляки бьются хотя бы за кусочек пирога под названием «Северный поток», Болгария (еще один член «десятки») пытается заявить о себе как о потенциальном главном транзитере на юге. Политически мотивированный отказ от «Южного потока» капитально испортил болгарам настроение. Но попытки России и Турции померяться имперскими амбициями возвращают лучи надежды в Софию. На фоне того, что «Турецкий поток» на длительное время выпал даже из зоны обсуждения, премьер-министр Болгарии Бойко Борисов выступил с сообщением о планах строительства газохранилища «Балкан», которое планируется построить неподалеку от черноморского города Варна. Газ должен поступать в хранилище из России, Азербайджана, Туркменистана, Румынии и болгарских месторождений. Реализация проекта позволит поставлять в 43 млрд кубов газа, что сделает Болгарию крупнейшим транзитеромдля Юго-Восточной и Центральной Европы.

Помимо того, Болгария высказывала заинтересованность в развитии «вертикального» направления газопотоков «юг-север», связанного с продвигаемым Евросоюзом проектом Южный коридор (поставки газа из Азербайджана и других стран, кроме России,через Турцию). Реализация подобных планов, сколь ни парадоксально, может стать событием и радостным, и грустным для официального Киева одновременно. Увеличение потоков нероссийского газа в ЕС однозначно не на пользу Газпрому (как бы – ура!). Но снижение закупок европартнерами российского газа приведет к снижению и объемов транзита через украинскую ГТС (а как же наши деньги?).

То есть участие болгар в протестном движении против СП тоже вряд ли направлено на защиту украинских интересов, а как бы совсем даже наоборот.

Вместо краткого резюме. В свое время лорд Палмерстон высказался о политике Британии в следующем ключе: «У нас нет ни вечных союзников, ни постоянных врагов, но постоянны и вечны наши интересы, и защищать их — наш долг». Данный принцип, который представители менее чопорных наций сформулировали бы как «за сто рублей продам любого», со времен Палмерстона широко разошелся по миру, и отдельными народами Старого Света воспринимается в качестве руководства к действию. А тот, кто этого не понимает (или делает вид, что не понимает), зачастую оказывается в нелепом положении.

Андрей Кравченко