Боеприпасы на складе в Балаклее хранились надлежащим образом, и непригодных снарядов было всего около 5%. Об этом заявил главный военный прокурор Украины Анатолий Матиос. Он опроверг версию разворовывания склада.
«Разворовывание – это из серии фантастики. Арсенал в последнее время охраняла тысяча военных. Украсть было невозможно», – отметил Анатолий Матиос.
По его словам, на складе хранилось около 125 тысяч боеприпасов.
Матиос также добавил, что правоохранители будут допрашивать всех свидетелей, а также военных, которые дежурили ночью на складе в Балаклее.
Тем не менее, Анатолий Матиос сообщил, что правоохранители обязаны рассмотреть обе версии.
«Первая, приоритетная, о совершении диверсии. Другая – халатность должностных лиц, которые выполнили или не выполнили свои служебные обязанности по охране арсенала», – добавил военный прокурор.
Версию халатности озвучил также военный эксперт Олег Жданов.
«Больше склоняюсь к версии халатности и сокрытии недостачи, – отметил Олег Жданов. – У нас идентичных историй много. Склад тыловой, находится на большом удалении от прифронтовой зоны».
Эксперт также добавил, что вопрос не в количестве военнослужащих, охранявших склад, а в их подготовке и техническом оснащении.
«У нас после аналогичных взрывов в Сватово, Новобогдановке, Лозовой не нашлось средств на закупку современных средств обеспечения безопасности, – рассказал Жданов. – Виновники по Сватово не названы. Сомневаюсь, что их назовут и в этот раз».
О том, что склады охраняли кое-как, говорят и бывшие военнослужащие.
«На складе в Балаклее я работал, будучи еще курсантом, – вспоминает Кудрат. – Склады огромные, а народу обслуживающего даже при СССР было мало».
В свою очередь народный депутат Дмитрий Тымчук уверен, что основной версией следствия станет все-таки диверсия.
«Версии с диверсиями стали слишком удобными для высшего военного руководства. Русский диверсант – лучший друг, товарищ и брат украинской генеральской безответственности», – считает он.
Тымчук сообщил, что версия халатности руководством силовых структур в реальности даже не рассматривается.
«Только вот и при диверсиях остаётся вопрос ответственности за обеспечение охраны объектов. Что-то подсказывает, что руководства МО и ГШ эта ответственность не коснется», – отметил он.
