Позначка: психиатр

Министр обороны Степан Полторак на днях отстранил от должности главврача клиники психиатрии Национального военно-медицинского клинического центра «Главный военный клинический госпиталь» Олега Друзя.

Доктор поплатился креслом за скандальное высказывание на медицинской коллегии. Тогда Друзь заявил, что 93% участников АТО являются потенциальной угрозой для общества и нуждаются в лечении.

Эта фраза вызвала бурную реакцию со стороны участников АТО, которые тут же устроили в интернете флешмоб с хэштегом «Я один из 93%».

В своих постах на Фейсбуке парни признавались: после возвращения из Донбасса стали более агрессивны и «легковоспламеняемы», но это не дает права военному психиатру заочно раздавать диагнозы.

Не прошли мимо скандальной темы и обычные граждане.

«На днях жена и семилетняя дочь ездили в строительный супермаркет. Дочери на входе подарили воздушный шарик. И мой счастливый ребенок шагал с ним между полок со всякими строительными штуками. Конечно, шарик в итоге коснулся чего-то острого и лопнул. И тогда молодая барышня, идущая впереди моей дочери, вздрогнула от громкого и резкого звука, развернулась и заорала на мою девочку. Заорала истерично и громко. Она кричала, что дочь – очкастое чмо, и много другого злого, грязного и матерного. А когда ошеломленная жена пришла в себя и рванула к барышне, появилась пожилая дама, которая подняла еще больший крик, что ее дочь – участник боевых действий, ее надо понять, а мы тыловые крысы, сволочи и уроды. Жена поспешила оттуда уйти, чтобы не травмировать ребенка. Дочку свою мы успокаивали полдня. И спала она тревожно, вскрикивая, жалуясь во сне и часто просыпаясь. А так, да, смешной мем, 93% и вот это вот все», – рассказал Павел Белянский.

По горячим следам в Харьковской обладминистрации отчитались: с начала года разные медицинские специалисты осмотрели около 9 000 демобилизованных бойцов в городе Харькове и области. Это половина из всех участников АТО, проживающих в регионе. Из тех, кто обратился за помощью, около 700 отправили на санаторно-курортное лечение. К слову, частично это и есть так называемый «государственный проект по психологической реабилитации».

Психолог Максим Жидко видит проблему в другом. По его словам, бывают случаи, когда реальная психологическая помощь заменяется имитацией.

«Особенно, когда это касается не волонтеров, а различных государственных мероприятий и чиновников. А еще хуже то, что не все люди, прошедшие АТО, понимают важность для себя и окружающих психологической реабилитации и готовы принимать ту помощь, которую им предлагают. Есть такие, кто просто отмахивается: Ты там был? Нет. Тебе моего состояния не понять, никаких проблем у меня нет и ни в какой помощи я не нуждаюсь. Кроме всего, сегодня акцент сильно сместили на демобилизованных из АТО и вовсе забыли о гражданском населении страны, которое три года живет в хроническом стрессе от постоянного пребывания в состоянии необъявленной войны. Лично у меня количество клиентов за последние три года увеличилось в разы. Люди элементарно не знают как планировать свою жизнь – рожать-не рожать, уезжать-не уезжать. Чей-то муж уехал работать за границу, а семья осталась здесь. А кто-то поехал на заработки и нашел там другую женщину. Казалось бы, банальные бытовые вопросы, но за ними стоят сломанные судьбы, разрушенные семьи, дети, которые остались без отца», – подытожил Жидко.