Село и ноу-хау, или Лечиться по Интернету

1317

Вместо эпиграфа.

- И тебя вылечат, и тебя тоже вылечат…

(Ульяна Андреевна Бунша, к/ф "Иван Васильевич меняет профессию", 1973 год)

 

Вещать трюизмы в позе первооткрывателя или же формулировать тезисы удовлетворительного интеллектуального достоинства с выражением сократовского глубокомыслия на лице – великое искусство, без овладения которым в коридорах власти просто нечего делать. В общем, чтобы не увязать в преамбулах – Верховная Рада приняла так называемую "медицинскую реформу для сельской местности", предусматривающую внедрение телемедицины на селе.

Проводником ноу-хау в сельскую жизнь выступил персонально президент Порошенко, которому идея дистанционного врачевания с учетом грядущего сокращения лечебных заведений понравилась не меньше "остаточного прощавая".

В начале сентября харьковские медики узнали от президента о новых возможностях медреформы и телемедецине на селе.

Затем Президент рассказывал о телемедицине в Виннице с применением такой передовой терминологии как 4G и широкополосный интернет.

Следом было даже организовано специальное совещание по вопросам развития здравоохранения на селе, на котором глава государства рассказывал о телемедицине.

И наконец, чтобы слова не расходились с делом, 25 сентября в Раде президентом был зарегистрирован проект вышеупомянутого закона.

А в качестве "контрольной информационной инъекции" глава государства заявил о выделении 14 миллиардов гривен на развитие здравоохранения на селе и, соответственно, внедрение телемедицины.

Видавших и не такое представителей электорального массива достаточно трудно испугать любой терминологией, хотя «телемедицина» все еще по старинке трактуется как прикладывание баклажек с водой к голубому экрану во время экстрасенсорных телесеансов. Но с тех пор стремительный шаг вперед сделали не только политическая риторика, но и научно-технический прогресс.

Телемедицина – использование компьютерных и телекоммуникационных технологий для обмена медицинской информацией – более чем серьезное направление, и, возможно, гораздо более продвинутое, чем представляют себе отечественные чиновники. Хотя рынок данного вида медуслуг пока относительно невелик – более 20 млрд долл. Это почти как бюджет Украины, но в 15 раз меньше рынка медуслуг только в ФРГ.

Что настораживает в столь активном продвижении телемедицинских услуг в украинском селе? Собственно, сама теория и практика телемедицины в различных странах мира.

Первыми телемедицину начали применять норвежцы. На территории их страны полно районов вечной мерзлоты, где относительно редко ступает нога человека. Второй проект был осуществлен во Франции для моряков гражданского и военного флотов. Руководствуясь первоначальным опытом, Всемирная организация здравоохранения сформулировала определение телемедицины как предоставление услуг здравоохранения в условиях, когда расстояние является критическим фактором, с совершенно очевидным ударением на отличительных особенностях данного вида медпомощи. То есть, намек отечественных парламентариев представляется достаточно прозрачным. Украинское село переносится в категорию "труднодоступные места", несмотря на то, что вряд ли в стране найдется столь глухое поселение, от которого до ближайшего райцентра было бы более 30-40 километров. При допустимой скорости за городом данное расстояние преодолевается за 20-30 минут (харьковчане в пределах города совершают куда более длительные путешествия).

Гражданам Германии, находящимся в 30 минутах от больницы, не нужна телемедицина. Вряд ли к лечению по Интернету прибегнут голландцы или датчане. В их странах просто нет труднодоступных мест. Чтобы труднодоступным перестало быть и украинское село, нужно не много. Проложить к селу дорогу, организовать транспортное сообщение и не закрывать районную больницу. Правда, в этом случае из медреформы исчезнет креативная составляющая, элементы ноу-хау и вполне пристойная аргументация для ликвидации какого-нибудь сельского медучреждения, не выдержавшего конкуренции.

Екатерина Павловская