Позначка: Харьков даты

О чем писала газета «Южный край»

28 ноября 1909 года

Жертвой дерзкой, хотя и довольно избитой по своему характеру мошеннической проделки стал третьего дня студент харьковского технологического института А. Подробности этого случая таковы.

Студент этот получил в местном отделении Азовско-Донского коммерческого банка по предъявленному им чеку 3 300 рублей – 2 300 рублей бумажками и 1 000 рублей золотом. Бумажки он положил в кошелек, а золото в карман. Когда он направился к выходу, к нему на лестнице банка подошел какой-то неизвестный ему субъект и, узнав в разговоре, что студент идет в Северный банк, предложил ему «пойти вместе». Студент, не подозревая ничего худого и охотно поддерживая с незнакомцем разговор, направился с ним по направлению к Северному банку. На дороге возле Николаевской церкви незнакомец вдруг останавливает своего попутчика и обращает его внимание на лежащий на земле кошелек. Последний был немедленно поднят. С целью рассмотреть «находку» оба поспешно завернули в ближайший переулок. В это время к ним подбежал незнакомый субъект и с видимой тревогой в голосе, обратился к студенту с просьбой возвратить ему только что якобы им потерянный кошелек с деньгами. Студент, конечно, немедленно вручает поднятый его попутчиком кошелек. Однако, субъект, утверждая, что это не его кошелек, стал настаивать на предъявлении ему студентом кошелька, находившемся у него в кармане. Студент, желая убедить незнакомца в своей непричастности к пропаже денег, вынул свой кошелек и передал незнакомцу. Рассмотрев кошелек и, видимо, убедившись, что в нем нет его денег, незнакомец возвратил кошелек студенту и вместе с подошедшим к последнему в банке субъектом поспешно удалился. Вскоре студент спохватился, что находившиеся в кошельке 2 300 рублей исчезли. Он было бросился вдогонку за аферистами, но их и след простыл. Очевидно, аферисты за студентом А. чуть ли не по пятам следили еще при получении им денег по чеку в Азовско-Донском коммерческом банке».

28 ноября 1914 года

«В Харьков доставлена партия пленных австрийцев, в количестве 1300 нижних чинов.

По племенному составу они состоят из русин, чехов, румын и мадьяр. Сообразно этому пленные держат себя совершенно обособленно друг от друга, подразделившись на группы, состоящие из «своих». Интересно, что русины и чехи не понимают языка мадьяр и румын, румыны не понимают русинского и чешского языков, а венгры ни того, ни другого. Между тем, общий командный язык у них немецкий. Все эти, обособленные друг от друга группы, не особенно доброжелательно относятся одна к другой. Вчера на угольной площадке, из-за пожертвованного кем-то из публики куска хлеба между румыном и мадьяром произошел жестокий спор, закончившийся кулачной расправой. Нашим дружинам пришлось разнять дерущихся силой. Все австрийцы одеты более чем легко, почти все они в летних шинелях, и ботинках, в большинстве случаев износившихся и рваных. В общем, обмундировка их заставляет желать много лучшего. Многие пленные, несмотря на сравнительно теплую погоду, были поверх шинелей закутаны в рваные пледы, а некоторые в одеяла. В общем вид они производили крайне жалкий. Все они взяты в плен недели две тому назад под Черновицами. Пленные пробыли на товарной станции до 5 часа пополудни. Им на питательном пункте выдан чай и горячая пища. В 5 часов дня все пленные (между ними нет ни одного раненого или больного) отправлены на юг, на станции Юзовка, Бахмут, Алчевская и Енакиево, где, по слухам, они будут применены к работам на шахтах».

28 ноября 1916 года

«В ночь на 28 ноября неизвестными злоумышленниками, вооруженными револьверами, совершено дерзкое нападение на квартиру священника железнодорожной церкви при станции Люботин, отца Петра Стефанова.

Проникли они в квартиру священника, открыв парадную дверь посредством бурава и отмычек. Из передней, куда сначала прошли грабители, направились в зал. Жильцы проснулись от позднего шума и подняли тревогу. Злоумышленники, не успев ничего ограбить, бросились бежать, стреляя из револьверов в преследовавших их ремонтных рабочих. Двое грабителей убежали в Будянский лес, где бесследно скрылись, а третьего удалось задержать. У него при обыске нашли один бурав, которым была просверлена дверь квартиры священника».

28 ноября 1917 года

«Харьковский городской голова Стефанович объявил населению Харькова, что согласно постановлению городской думы, день созыва Учредительного Собрания – 28-е ноября объявляется политическим праздником. Все казенные и частные учреждения, учебные заведения, нотариальные конторы, торговые предприятия будут закрыты. В харьковском окружном суде и палате будут заслушаны только уголовные дела о содержащихся под стражей. Губернский комиссар Попов сделал аналогичное предписание для Харьковской губернии».

28 ноября 1917 года

«Начальник временного пункта размещения военнопленных сообщает городскому голове, что все военнопленные на пункте за отсутствием нар размещаются и спят под нарами и в проходах на полу. Состояние бараков вопиющее, угрожающее распространением повальных заразных заболеваний не только лагерю военнопленных, но и городу.

На пункте уже существуют тифозные заболевания, больными заполняется военный госпиталь. Вследствие опубликованного распоряжения украинской центральной Рады о снятии с работ военнопленных для замены их безработными рабочими и прибывающими с фронта солдатами на пункт, без предупреждения, прибывают со всей области в огромном числе военнопленные; размещать их уже негде».

28 ноября 1917 года

«На Основе для подавления участившихся случаев грабежей, краж и хулиганских выходок преступных элементов сформирована боевая дружина партии социалистов-революционеров. Дружина ставит своею целью охрану жизни и имущества жителей.

Помимо социалистов-революционеров, дружина принимает членов других партий и организаций. Число записавшихся достигло 400 человек. Третьего дня дружина приняла охрану. Дружина имеет 200 кавалерийских винтовок и холодное оружие».