Транспортный кризис в Харькове: коронавирус бывает только в метро

4340

Один день без метрополитена в Харькове привел к тому, что пишущие работники медиа нередко называют транспортным коллапсом. Вокруг остановочных павильонов образовались небольшие столпотворения, наполняемость салонов значительно превысила средние показатели.

Напомним, что с 12 марта по 3 апреля в стране введен карантин с целью предотвращения распространения коронавируса.

Вечером 17 марта был закрыт метрополитен.

Попытки организации карантинных мероприятий продемонстрировали легкую хаотичность и алогичность деятельности центральных органов власти, судя по всему, достаточно слабо представляющих механизмы действий в кризисных ситуациях. (В качестве исторической параллели можно припомнить череду взрывов на армейских складах, когда главным инструментом решения проблемы являлась демонстрация решимости.)

Закрытие метро сопровождалось введением новых правил передвижения в наземном транспорте.

А. В салоне должно быть не более 10-ти пассажиров.

Б. Все пассажиры должны быть в масках.

В данном случае было нарушено одно из главных правил командных или управленческих правил – не отдавать распоряжения, исполнения которых невозможно обеспечить. Это подрывает авторитет отдающего распоряжений и создает прецедент необязательности их исполнения в принципе.

Ни первое, ни второе ограничение не выполняется.

Почему возникло представление, что в метро передача вируса возможна, а в наземном транспорте – нет, одному Богу известно (хотя тоже не факт, вряд ли он занимается мирской суетой).

Прекращать работу транспорта полностью властям не хочется, так как это приведет к параличу экономической деятельности мегаполиса. Сегодня худо-бедно трудящиеся массы с физическими неудобствами и нравственными страданиями добираются до рабочих мест

Чтобы добиться уменьшения пассажиронагрузки на одну единицу транспорта, следовало двигаться совершенно в обратном направлении – максимально увеличивать количество подвижного состава и, мобилизуя все имеющиеся резервы, сокращать интервалы движения. Производство медицинских масок тоже далеко не самое сложное и гипертехнологичное, чтобы его нельзя было наладить в экстренном режиме (во время войны за считанные недели запускалось производство боевой техники). В крайнем случае, каждый в состоянии смастерить марлевую маску индивидуально и подвергать ее необходимой обработки.

Но это и более хлопотно, и менее наглядно. Что это за карантин, когда никто не испытывает максимальных неудобств?

С точки зрения формальной логики, пока на территории региона не зарегистрированы заболевшие, целесообразно было бы сконцентрировать все усилия на внедрение ограничений именно на границах региона или отдельных населенных пунктов. Но для этого тоже пришлось предпринять дополнительные усилия.

Показательным может служить опыт Швеции, где максимальные усилия были направлены на работу с группами риска – лицами в возрасте 70-80-ти лет – и приведению медицинских учреждений в полную готовность к профилактическим мероприятиям и оказанию помощи заболевшим. Но шведский опыт к нашим широтам решительно не подходит в силу различных объективных и субъективных причин.

В условиях, мягко говоря, низкого уровня готовности медицинской сферы к эпидемиологическим вызовам и низкого уровня организационных способностей управленческого класса иные пути помимо ужесточения карантинных мероприятий отсутствуют.

В Киевской области, где был зарегистрирован один заболевший, мгновенно ввели режим чрезвычайной ситуации. В Черновицкой области, где количество заболевших достигло десяти, такой режим был введен еще ранее.

По состоянию на 19 марта в Украине 16 подтверждённых случаев заражения коронавирусом. 10 заболевших – в Черновицкой области, в Киевской области  и Киеве по два больных коронавирусом, в Житомирской и Донецкой – по одному.

Депутаты Верховной Рады находятся в положении низкого старта, чтобы по первой же рекомендации президента ввести чрезвычайное положение на территории всей страны. А это уже совсем иная история.

Екатерина Павловская