Первая столица и транспортный апокалипсис

3096

Вместо эпиграфа.

Шел трамвай десятый номер

По бульварному кольцу.

В нем сидело и стояло

Сто пятнадцать человек.

(Сергей Михалков, «Одна рифма»)

Не столь давно в Харькове произошло чрезвычайное происшествие – на одной из остановок на Роганском жилмассиве собралась приблизительно стометровая очередь. Случай этот совершенно заурядный при всех ранее существовавших разновидностях антинародных режимов в условиях стремительной евпропеизации приобретает статус вопиющего. Тем более что фотоснимок с места происшествия попал к эксперту больших и малых телеканалов (а фамилия его слишком известная, чтобы я вам её называл).

После подключения к делу профессионалов история, помимо уже присутствующих в ней элементов скандальности, приобрела ярко выраженные черты руководства по агитации и контрагитации, изучение которых будет чрезвычайно полезным для начинающих участников сетевых диспутов.

Если среднестатистический гражданин доносит свои ощущения от бытовых неприятностей преимущественно посредством вокабул «капец» и «достали», то грамотный специалист способен придать вопросу общественное звучание, снабдив свое сообщение фразой: «21 век. Первая столица Украины. Район Рогань. Очередь на троллейбус. Уму непостижимо».

Универсально употребимое понятие «21 век» способно обострить любую ситуацию и вызвать состояние повышенного возбуждения у лиц, имеющих крайне смутные представления об этом самом 21-м веке.

Краткая справка: 21 век – это век, в котором около 3 миллиардов человек живут за чертой бедности, из них 840 миллионов человек голодают, все они лишены нормального образования и медицинского обслуживания, и не исключено, что испытывают транспортные проблемы. То есть космические полеты и изобретение мобильных телефонов с видеокамерами, аудиоплеерами, диктофонами, утюгами, пирогами и сушеными блинами никого не должно вводить в заблуждение.

Место «Первой столицы Украины» в 21 веке тоже вряд ли стоит преувеличивать. Украина - на 134 месте по ВВП на душу населения, на последнем месте в Европе по уровню средней заработной платы, а бюджет страны в три раза меньше бюджета Нью-Йорка.

Но, в принципе, этот не самый выдающийся прием работает. И это позволяет любую нештатную ситуацию сопровождать репликой: «Двадцать первый век на дворе».

Одним из наиболее популярных аргументов, годным для обсуждения любой проблемы, также является жесткая критика совка, особенно если учесть, что едва не половина населения страны не имеет ни малейшего представления, что это такое. Поэтому усилением апокалиптической атмосферы служит комент: «Пока будет первой столицей советской Украины, то будут такие очереди».

По факту Харьков уже как 25 лет не имеет никакого отношения к советской Украине, но поиски причин провалов и неудач в глубинах времен, как минимум, изрядно облегчают бремя собственной ответственности. К слову, данный трюк неплохо зарекомендовал себя и в первые десятилетия советского периода, когда некоторые косяки списывались на «родимые пятна капитализма».

Арсенал контрприемов, пригодных для оправдания абсолютно любой ситуации тоже далеко не пустой.

Правило номер один – ищи положительные черты. Например, если гражданин пьян и матерится, присмотрись к нему внимательнее – может быть, он в галстуке.

Очередь – это конечно хуже, чем свободная касса, но гораздо лучше, чем толпа. Что породило комментарии типа: «Не так страшен зверь, как его рисуют. Вы бы лучше сказали о том, что они не толкаются и не дерутся при этом, как наши северные соседи в очереди за блинами» (Дополнительное усиление дает проведение параллелей, в данном случае с северными соседями. Но можно и с западными). Или: «Очередь на Рогани?! Лично меня это фото очень порадовало. Общество окультуривается. Ранее такое трудно было представить, транспорт брали штурмом».

Правило номер два – проводи параллели. Например: «В Европе тоже есть очереди на автобусных остановках, и никто не бьется в истерике». Или: «В Барселоне, например, в Лиссабоне, в Венеции, да везде, где я бывала - я видела очереди на автобус. Погуглите, если сложно - я сама найду фотки».

Парировать данный выпад трудновато – все-такие Европа. Но не безнадежно. Потому что в запасе имеется старый и проверенный прием – «наши разведчики и их шпионы». Отсюда правило номер три, ищи десять отличий (или хотя бы одно-два).

Оказывается, в Европе очереди выстраиваются на экскурсионные автобусы, а не на рейсовые троллейбусы. Или же, когда бастуют работники метро. А если бастуют работники наземных видов транспорта, то и на такси проехаться не проблема. Как видим, разница – более чем ощутима. Кто-то называет это двойными стандартами, кто-то уверен, что различие в нюансах является существенным. Ибо, как утверждал Людвиг Мис ван дер Роэ, дьявол кроется в деталях. Применение иных приемов, блокирующих правило проведения параллелей, – например, чужой неудачный опыт не является оправданием собственных косяков – в данном случае не рекомендовано. Подавать европейские страны в качестве образчиков негатива нельзя, ибо – цивилизационный выбор. Но и превозносить чрезмерно не стоит. Тот факт, что в Эстонии транспорт не просто ходит по расписанию, а в нем еще и не взымается плата за проезд, лучше оставить на совести эстонцев, погрязших в тотальном совке. Ведь по поверьям, в цивилизованных странах цены должны быть экономически обоснованными, то есть такими, чтобы большая часть населения влачила максимально жалкое существование. Но это, как говорится, совсем другая история.

И, конечно же, осмысленность любой дискуссии может придать толика политического сарказма (примерно так же, как щепоть перца украсит любой толковый суп).

На победу в конкурсе комментариев к проблеме вполне могла претендовать реплика: «Да это очередь на избирательный участок... Кернеса выбирают... Так что пусть стоят...» Хотя отечественный опыт сменяемости власти, в общем и целом, подтвердил один из основополагающих арифметических законов – от перемены мест слагаемых сумма не меняется. Так что не исключено, что проблема не только глубже, но и шире. Или, как говаривал неизвестный диссидент-семидесятник, тут народ менять надо.

Андрей Кравченко