Игорь Губерман: Слово должно звучать любое

980
В эксклюзивном интервью «ГХ» знаменитый поэт рассказал о своем видении свободы слова и о современной литературе.

Поэт Игорь Губерман относится к категории людей, не требующих особого представления. Многие его поэтические строчки давно стали поистине народными. Имя Игоря Губермана входит практически во все энциклопедии и сборники афоризмов. Ну и, конечно, писатель всегда желанный гость в странах, где живут люди, любящие русский язык и мудрые мысли.

- Игорь Миронович, Вы не в первый раз приезжаете в Харьков. На Ваш взгляд, изменился ли город, сами харьковчане? Какие перемены Вы заметили?

- Город стал роскошный, красивый и чистый. Здесь изумительные парки. Особенно красиво сейчас, осенью, когда повсюду желтые листья. Должен сказать, что Харьков – огромный державный город. И судя по публике, которая была на моем концерте, здесь полным-полно интеллигенции, что приятно удивляет.

- Чего вы обычно ждете от местной публики?

- От любой публики я в первую очередь жду чувства юмора. А еще иногда сочувствия к человеку, который стоит на сцене. Помню, однажды я выступал в театре эстрады, в котором было чудовищно холодно. Мне-то на сцену поставили обогреватель, а публика сидела в невероятно холодном помещении.

- Вы по образованию - инженер-электрик. Когда вы почувствовали тягу к писательству?

- Знаете, я ужасный графоман. (Смеется.) Стихи я начал сочинять еще в институте.

- Вы сочиняете четверостишия. Почему Вы выбрали именно такой формат?

- Потому что такие стихи удобнее всего читать в кругу друзей, никто не успевает перебить. Да и мысли у меня, должен признаться, куцые. Так что четырех строк для моих стихов вполне достаточно.


- Дождутся ли читатели поэмы от Губермана?

- Вряд ли. Видите ли, я не люблю сочинять длинные произведения. Мне и мировая литература кажется невероятно длинной. На мой взгляд, и мое собственное прозаическое произведение «Пожилые записки» кажется чересчур длинным.

- Ваши четверостишья, несмотря на свою самостоятельность, в сборниках читаются как цельное, единое произведение. А кто герой Ваших стихотворений? Каков он?

- У меня есть лирический герой – любитель хороших напитков и красивых женщин. Знаете, у меня даже есть стихотворение, посвященное герою моих произведений.

Овеян двусмысленной славой,

Ласкаю сустав ревматический.

А где-то с распутной шалавой

Гуляет герой мой лирический.

- Вы пишете блестящие, остроумные стихи. А бытовой жизни вы много острите? И считаете нужным все время шутить?

- Ну что вы! В бытовой жизни я угрюмый деспот. Вообще должен признаться, что я достаточно мрачный и очень тяжелый человек.

- Однажды Вы метко написали: «Семья от Бога нам дана, замена счастию она». Расскажите о своей семье.

- У меня прекрасная семья. Я женат уже 50 лет, мы недавно отпраздновали юбилей. Жена у меня очень умная и хорошая, я ее очень люблю. Правда, ей со мной очень тяжело, потому что я очень мерзкий тип. И тяжелый для семейной жизни.

У нас с женой двое детей – Татьяна и Эмиль. Они уже взрослые, у них есть свои дети. У нас с женой восемь внуков – шесть девочек и два мальчика. Когда они все вместе собираются по пятницам у нас за столом, то у меня просто слезы наворачиваются.

- На Ваш взгляд, есть ли в Украине свобода слова? Есть ли разница сейчас и с тем, что было три года назад.

- Слово должно звучать любое. Даже неприятные лично мне националисты должны иметь право высказаться.

- Ранее поэзия в Украине, России была чрезвычайно популярна. Сегодня особого ажиотажа вокруг поэзии нет. Кого из поэтов, кроме себя вы могли бы порекомендовать читателям?

- Себя бы как раз я не рекомендовал. (Улыбается.) Посоветовал бы Дмитрия Быкова, Игоря Иртеньева и Тимура Кибирова.


- Что бы вы пожелали нашим читателям?

- Я бы пожелал, чтобы у них была свобода, а также желание и умение ею пользоваться. И, разумеется, счастья.