Шерше ля фам и уроки харьковского погрома

648

Вместо эпиграфа.

"Александр Македонский герой, но зачем же стулья ломать?"

(Николай Гоголь, "Ревизор", 1835 год)

 За последние дни произошло сразу два замечательных события, имеющих непосредственное отношение к харьковскому городскому голове Геннадию Кернесу.

18 июня в Киевском районном суде Полтавы, где рассматривается дело по обвинению Геннадия Кернеса в похищении людей, дала показания бывшая супруга действующего народного депутата Антона Геращенко, фигурировавшего ранее в информационном пространстве с прибавлением "советник министра внутренних дел".

Сторона обвинения настаивает, что харьковский мэр организовал похищение двух участников протестных акций Александра Кутянина и Сергея Ряполова в январе 2014 года.

Появление в зале  Виктории Грецкой-Миргородской расширило диапазон версий происшествия более чем четырехлетней давности. Новый свидетель заявила о том, что покушение стало плодом воображения ее бывшего супруга, который стремился доказать свою полезность действующему министру внутренних дел Авакову, якобы пребывающему в неприязненных отношениях с харьковским мэром Геннадием Кернесом.

По данным свидетеля, безработный человек Антон Геращенко очень хотел попасть в команду одного из выдающихся отечественных государственных деятелей Арсена Авакова, в которую его не брали по причине бесполезности такого шага. С целью доказательства своей компетентности Антон Геращенко подговорил подельников организовать ложное обвинение харьковского мэра в уголовном преступлении (в частности, в похищении граждан). Данное мероприятие настольно понравилось действующему министру внутренних дел, что он назначил Геращенко своим советником и содействовал его избранию в парламент.

Конечно же, все вышеизложенное следует воспринимать лишь с частицей "якобы". Особенно, если взять во внимание внезапность появления новых сюжетных ходов в запутанной истории. Ведь первое, что приходит на ум стороннему наблюдателю: почему столь важный и интересный свидетель молчал четыре года и почему заговорил именно сейчас?

Но если факт лжесвидетельства не будет доказан, то суд воленс-неволенс должен будет принимать во внимание и такие показания, наносящие непоправимый моральный и репутационный ущерб двум видным политикам современности.

А спустя два дня, 20 июня, в здании городского совета неустановленные лица произвели погром. Несколько десятков персон в день проведения сессии проникли внутрь административного здания на площади Конституции, 7, немного разбросали мебель и в умеренных количествах распылили раздражающий слизистые оболочки газ.

"Совпадение? Не думаю", - говаривают в подобных случаях бойцы информационного фронта. Но поскольку мы думаем, то приходится признать: да – совпадение. Хотя и бунт под предлогом противодействия какому-то строительству тоже выглядит несколько притянутым за уши. В стране строят тысячи реальных и фиктивных домов. В эпицентрах скандалов оказываются максимум десятки, по каким-то едва уловимым признаками. Поэтому позволим себе перейти сразу к выводам, по своей глубинной сути граничащим с законами мироздания.

Закон номер один – если полиции где-то слишком много, то где-то ее слишком мало. Блестяще отработав во время проведения акции членов ЛГБТ-сообщества в Киеве, правоохранители оказались совершенно не удел во время погрома на сессионном заседании Харьковского городского совета. Вполне похвально, что не способная обеспечить права граждан на жилье, здравоохранение и достойный уровень оплаты труда власть оставляет хотя бы право на участие в гей-парадах. Но и право на местное самоуправление могло бы гарантироваться хотя бы в минимальном объеме, так как у среднестатистического представителя территориальной громады нет никакой уверенности, что под присмотром двух-трех сотен неустановленных лиц владельцы депутатских удостоверений примут решение в пользу общегородских, а не узкогрупповых интересов. Но если еще пару лет назад в подобных ситуациях раздавались робкие голоса с вопрошающей интонацией "А где Аваков?", то ныне апелляциями в вышестоящие инстанции даже никто и не заморачивается. Полиция не резиновая. Это следует просто принять как данность и смириться раз и навсегда.

Закон номер два – переквалифицироваться из гугенотов в католики, из меньшевиков в большевики практически невозможно. Говорят, что подобное удалось только Генриху Бурбону и Андрею Януарьевичу Вышинскому. А в современной политике стремление заслужить хоть что-нибудь даже самыми изощренными способами демонстрации лояльности выглядят столь же наивными, как и попытки регулировать погоду с помощью шаманского бубна.

Закон номер три – чтобы стать новым старое должно быть хорошо забытым. Посажение вице-мэра Андрея Руденко в мусорный бак не столько добавило что-либо к славе или бесславию данного персонажа, сколько продемонстрировало полнейшее творческое бессилие организаторов перфоманса. "Мусорная люстрация", вызывавшая хоть какой-то ажиотаж среди почтеннейшей публики еще три-четыре года назад, ныне выглядит примерно так же, как икра из кабачков – дешево и сердито.

Поговаривают, что попытки внедрения прямой демократии в отдельно взятом помещении обошлись городскому бюджету в 2 миллиона гривен (хотя названная на глаз сумма может быть крайне далекой от объективной реальности). Если сравнить эти деньги с премиями главы "Нафтогаза" – не так уж и много. А если - с достатком среднестатистического горожанина, питающего бюджет отчислениями из нищенской зарплаты – не так уж и мало.

Екатерина Павловская