На что злятся харьковчане?

1122

Когда харьковские городские власти принимали решение о повышении транспортных тарифов, вряд ли они подозревали, что столкнутся с суровым сопротивлением не только немногочисленных членов одной из городских общественных организаций, но и судебных органов. Казалось бы, цены на все в стране растут значительно быстрее, нежели способности среднестатистического гражданина по ним отовариваться. И вдруг локомотив ценообразования, пусть непросто, но уверенно поднимающийся в гору, встретился со снежным комом гражданского негодования.

Для понимания кто есть who в тарифной истории, восстановим краткую хронологию событий.

С 7 февраля городские власти повысили стоимость проезда в трамваях и троллейбусах с 4 до 6 грн.; в метрополитене – с 5 до 8 грн. Такого стремительного скачка цены за одну поездку в подземке еще не бывало. Обычно ограничивались повышением на одну гривну.

19 февраля Харьковский окружной административный суд удовлетворил заявление об обеспечении иска по установлению новых тарифов в наземном и подземном электротранспорте. В переводе на общедоступный язык это означает, что до того момента, когда суд примет окончательное решение о законности или незаконности новых тарифов, должны действовать старые тарифы.

Но после решения суда в метрополитене ничего не изменилось. Директор департамента инфраструктуры Сергей Дульфан сообщил, что для перепрограммирования турникетов он должен получить распоряжение от руководства. Что, в принципе, логично, ибо, как мог бы сказать Козьма Прутков, ничто в этом мире не происходит без волеизъявления вышестоящего начальства.

21 февраля на станции "Университет" прошла акция, которая наверняка войдет в городскую историю как одна из самых дерзких. Некие неустановленные лица взяли на себя функцию персонала метрополитена и пропускали пассажиров на платформу по 5 гривен, а не по 8, как того требовали метрополитеновские сотрудники. Например, аналогичную акцию в колбасном магазине представить достаточно трудно.

Прибывшая на место полиция ограничилась изъятием оставленных пассажирами денег, что как бы намекает на некоторые признаки дезориентации правоохранительных органов. Как показал опыт нашумевшего штурма подольского управления полиции в Киеве, определить, кто преступник, а кто активист без политической оценки параллельно функционирующих госорганов и телевизионных экспертов для правоохранителей практически не представляется возможным.

Но есть, как говорится, и хорошие новости. Очередным – не скажем, что решающим - шагом должна стать субботняя акция под необычным названием "Марш злых харьковчан". Предполагается, что злые харьковчане (хотя, объективно, это одни из самых добрых людей в стране) продемонстрируют свою разозленность повышением тарифов. Позитивным в данном случае является то, что более ничего у горожан не вызывает чувство злости.

Квитанции за январь с несколько увеличившимися тарифами на коммунальные услуги вызывают всестороннее понимание, возможно, где-то легкое разочарование, придают дополнительную мотивацию к сверхурочному труду, но никак не приводят к проявлению злости.

Едва ли не ежедневный рост чисел на ценниках в магазинах вызывает лишь легкое смущение: нет денег – сам виноват, не можешь купить колбасу – кушай бутерброд с картошкой. В конце концов, для кого придумано такое праздничное блюдо, как винегрет?

Средняя заработная плата по региону на уровне 9072 грн. (примерно 330 долларов) порождает только трудовой энтузиазм – если работать не по восемь часов, а по шестнадцать, то можно заработать в два раза больше.

Стоит отметить, что и транспортные тарифы злят далеко не всех и не везде. Повышение транспортных тарифов в столичном Киеве вообще никого не разозлила. Во всяком случае, не настолько, чтобы злые киевляне вышли маршировать.

Здесь бы еще пригодилась популярная в управленческих кругах реплика: "Это не цены у нас высокие, это зарплаты у вас маленькие".

В конце концов, к любой жизненной ситуации следует относиться с пониманием. Как показывают события последних десятилетий, уровень квалификации представителей управленческого класса – крайне невысок. Ну, не могут они создать, к примеру, благоприятный инвестиционный климат. Может, и хотят, но не могут. А без инвестиций и трава не растет (имеется в виду, разрешенные законодательством сорта). Нет инвестиций - нет производства. Без производства нет высоких зарплат, но есть высокие цены… То есть, как можно заметить, все очень плотно взаимосвязано. И не надо на это злиться, растрачивая высокоценные эмоции. Или уж если злиться (что врачами категорически не рекомендуется), то на все и сразу, не размениваясь по мелочам.

Екатерина Павловская