Харьковский взрыв и рапорт Авакова

1496

Для начала попробуем смоделировать ситуацию. Перед большим новым зданием стоит Чебурашка в окружении друзей и произносит ставшую уже классической фразу: «Мы строили, строили и, наконец, построили». Окончание реплики венчает обрушение здания с грохотом и пылью. Переживания, близкие тем, которые в этот момент могли бы овладеть Чебурашкой, вполне могли бы посетить в последние дни еще двух персонажей, менее фантастических.

Не успел министр внутренних дел Арсен Аваков отрапортовать о том, что – далее  цитата – «уровень безопасности наших граждан постепенно возрастает», в Харькове прогремел взрыв. 29 января в Харькове, городе, в котором нынешний глава МВД начинал свою политическую карьеру, прогремел взрыв. Женщина 53 лет, взявшая за компанию двухлетнего внука, нашла бесхозный пакет. Внезапным взрывом оба были ранены и доставлены в больницу.

Вне всякого сомнения, ни это происшествие, ни ему подобные не способны повлиять на статистику, приводимую Аваковым: количество зарегистрированных преступлений сократилось на 14%. Хотя после 40-процентного роста, о котором ранее так же сообщали в МВД, рывок вперед не особо стремительный. Для наглядности рассмотрим ситуацию на круглом числе 100. Рост на 40% дает нам число 140. Падение со 140 на 14% дает нам число 120,4. Но «цифровое жонглирование» - тема совершенно отдельного разговора. В данном же случае в эпицентре внимания находится то обстоятельство, что харьковский взрыв камня на камне не оставляет от министерского месседжа о росте уровня безопасности. Ни криминальный авторитет, ни коррумпированный чиновник, ни наркобарон, ни кинувший всех в округе бизнесмен, а обычная уборщица становится жертвой, как считают эксперты, направленного взрыва – эпизод из разряда симптоматичных. И даже многократное повторение словосочетания «дело чести» - хотя в данном случае даже об этом речь не идет – нисколько не меняет ситуацию. Все – плохо.

Регулярный мониторинг судебных решений наталкивает на крайне любопытный вывод. До приговоров доживают чаще всего дела о кражах в магазинах, хранении малых доз наркотиков, бытовых разборках с убийствами и телесными повреждениями всех степеней тяжести. Вероятность оказаться в эпицентре подобных преступлений у социально адаптированного среднестатистического гражданина стремится к нулю. Иными словами, если человек просто ходит на работу, вместо того чтобы каждый день злоупотреблять спиртными напитками с такими же синюшниками, то ему крайне трудно получить гантелей по голове во время диспута с ключевым вопросом «Ты меня уважаешь?» И никакой заслуги правоохранительной системы в этом нет. Раскрытие резонансных дел могли бы действительно вселить некоторую уверенность законопослушных граждан в безопасности и неуверенность незаконопослушных в безнаказанности. Однако именно в этом сегменте наблюдаются значительные проблемы. Шеремет, Окаева, Княжичи и тому подобное ушли в небытие с пометкой «дело чести».

В еще более неудобное положение поставил себя генеральный прокурор Луценко рассказами о необходимости легализации огнестрельного оружия. Хотя его никто не понуждал высказываться на данную тему. Но, очевидно, стремление быть латкой на каждой информационной прорехе взяло верх. Не успел еще микрофон остыть после генпрокурорских пламенных речей, в столице за один день произошло стразу две перестрелки. В одной пострадавший отделался пулей в ягодичной мышце. Во второй – зафиксирован летальный исход.

Опять же данные эпизоды мало влияют на статистику, но доверие к рассказам главы ГПУ подмывают основательным образом. Особенно в части того, что, по версии Луценко, сокращение количества умышленных убийств состоялось за счет того, что у людей в связи с АТО накопилось значительное количество стволов. Как видно на изображении, прорыв действительно внушительный. Одна из немногих сфер, где удалось улучшить результаты 2013 года. Правда, в наличии пока только данные за три квартала. Если трагическая динамика была сохранена, то по итогу будет показан результат 2013-го. Но плюс все равно несомненен. Иной вопрос, произошло ли это за счет вооружения широких народных масс – не факт. В 2014-м и 2015-м годах, когда оружие уже было на руках у населения, произошел значительный всплеск умышленных убийств без учета АТО. Снижение показателей скорее говорит лишь о том, что ситуация постепенно входит в более спокойное русло, то есть возвращается к состоянию 2013-го. Но, как показывает практика, красное словцо куда ценнее сухих и утомительных показаний статистики. Во всяком случае, с гораздо большей эффективностью способствует трансформации сознания широких электоральных масс.

Екатерина Павловская