ЕС-НАТО. Что изменили изменения в Конституции?

629

Количество исторических дней в календаре стремительно растет. Данная тенденция была сформирована активной жизненной позицией главы государства, который практически любые мероприятия, состоявшиеся при его участии, объявляет историческими. Внесение изменений в Конституцию, утвержденные 7 февраля по инициативе первого лица, не могли стать исключением априори. На повестке дня стоял один из каркасообразующих в идеологической агитационно-пропагандистской конструкции пятого президента страны вопросов – закрепление в основном законе стратегического курса на вступление в Европейский Союз и НАТО.

Далее цитата:

"Сегодня исторический день, когда Верховная Рада поддержала мое предложение о внесении изменений в Конституцию Украины о стратегическом курсе государства на приобретение полноправного членства в Европейском Союзе и НАТО".

Нетрудно заметить, что ключевым местом комментария является словосочетание "мое предложение", которое, в принципе, проясняет основную суть события.

Может показаться, что слово "полноправного" перед словом "членства" лишнее, так как в ЕС и НАТО такое понятие, как "неполноправное членство" не существует в принципе. Но кандидат на второй срок всегда стремится внести в свои выступления элементы эмоционального усиления (не просто "прощавай", а "остаточне прощавай", не "филижанка кавы в Братиславі", а "фантастична філіжанка кави в Братиславі" и так далее).

С мая 2014 года до начала 2017-го Петр Порошенко не менее десятка раз выступал с публичными заявлениями о необходимости проведения референдума по вопросу вступления в НАТО. С политтехнологической точки зрения, проведение референдума по инициативе главнокомандующего в день президентских выборов могло бы стать неплохим подспорьем кандидату на второй срок, так как имелась бы кое-какая вероятность того, что проголосовавшие за вступление в ЕС и НАТО могли бы проголосовать и за кандидата на второй срок. По данным агентства «Социс», за вступление в НАТО в декабре 2018-го выступало 45,5% населения. При активной поддержке информационной артиллерии добрать недостающие 5% не составило бы труда. Но с одной стороны, ситуация «фифти-фифти» по одному из ключевых идеологических вопросов для действующего управления страны мало приемлема. С другой само слово «референдум» в местном политикуме стало едва ли не ругательным, а любой ратующий за включение механизмов прямой демократии рискует прослыть оголтелым популистом из самых темных углов политического маргинеза.

В общем, со всенародным волеизъявлением решили не заморачиваться, переложив всю ответственность на плечи специалистов.

Изменения претерпели преамбула, три статьи и переходные положения. В преамбуле один из пунктов был дополнен фразой

"…подтверждая европейскую идентичность Украинского народа и необратимость европейского и евроатлантического курса Украины".

Статьи 85, 102 и 116, посвященные президенту, Верховной Раде и Кабинету министров, дополнили положениями о том, что перечисленные органы обеспечивают реализацию стратегического курса.

Из переходных положений изъяли пункт 14, гласящий о том, что "использование существующих военных баз на территории Украины для временного пребывания иностранных военных формирований возможно на условиях аренды в порядке, определенном международными договорами Украины, ратифицированными Верховной Радой Украины".

Данный шаг с трудом поддается объяснению, так как на территории многих стран НАТО размещаются иностранные военные формирования. Но детализирующие вопросы оттесняются на второй план магистральным: «Какие правовые последствия влекут конституционные новации?»

Сколь ни странно, но на этот вопрос никто из апологетов конституционных изменений ответить не в состоянии.

Практически каждая строка Конституции наполнена конкретным содержанием, что и позволяет ее считать нормой прямого действия.

О содержательной части нововведений главнокоманующий (он же инициатор) не смог сообщить ровным счетом ничего, кроме размытой формулировки «двери НАТО открыты для всех». Подобные заявлений имеют нулевую информационную ценность, так как в мире западных демократий абсолютно все двери открыты для всех. Просто по тем или иным причинам не все во все двери вхожи.

Попытка получить конкретные ответы на конкретные вопросы частично разрушает ценность чрезвычайных усилий парламентариев, сумевших собрать более 300 голосов в то время, когда и присутствие простого большинства в зале удается обеспечить далеко не всегда.

Является ли новая норма обязательным условием для вступления в ЕС и НАТО? Нет, не является. Члены НАТО или ЕС такой нормы в конституциях не имеет. Великобритания вообще не имеет единого закона, который можно было бы позиционировать в качестве конституции страны.

Является ли новая норма руководством к действию для стран ЕС и НАТО или руководящих органов этих организаций? Нет, не является. (Грубо говоря, Сидоровы могут принять решение, что будут жить в особняке Петровых, однако на Петровых данное решение не накладывает никаких обязательств).

Реальными шагами по реализации стратегического курса могли бы стать новые соответствующие договоренности между Украиной и ЕС (Украиной и НАТО), в которых бы вместо невнятного «двери открыты для всех» конкретизировался привязанный к срокам механизм вступления. Но ни внешнеполитическое ведомство, ни главнокомандующий, постоянно указывающий на свою ответственность за внешнеполитический сектор, подобных договоренностей достичь не в состоянии.

Если рассуждать в рамках формальной логики, то у среднестатистического гражданина страны нет никакой мотивации быть против вступления страны в НАТО и ЕС. В случае вступления в Евросоюз, он, как минимум, получит возможность беспрепятственно работать в любой стране ЕС на правах полноправного гражданина, а не полуправного гастарбайтера. А это - какой-никакой плюс. Но вместо реального механизма вступления аудитории предлагается лишь агитационный материал и не более. 

В качестве объяснения необходимости конституционных ноу-хау один из законодателей сообщил, что «теперь наш путь лежит в направлении демократического мира». Однако, абсолютно все демократические принципы (за исключением не столь давно появившихся принципов сексуального равенства) закреплены в Конституции с 1996 года. Так что новации в этом плане не добавляют ровным счетом ничего.

Являлось ли отсутствие нормы о «стратегическом курсе» препятствием для развития демократических институтов, прав и свобод? Если да, то почему? Нет ответа.

Являлось ли отсутствие нормы о «стратегическом курсе» препятствием для внедрения во все сферы жизнедеятельности, например, стандартов ЕС? Нет. Отсутствие данной нормы никак не мешало действующему Кабмину приводить уровень жизни населения к европейским нормам. Точно так же как и наличие данных норм никак не поможет.

Достаточно веским аргументом являются перспективы модернизации вооруженных сил. Но очередной вопрос сводит на нет и данный тезис. Запрещалось ли проводить модернизацию вооруженных сил при отсутствии конституционной нормы о «стратегическом курсе»? Нет. Но военные парады на Крещатике как бы намекают, что основная масса вооружений является наследством еще времен соцреализма, и за последнюю пятилетку мало что изменилось.  Открывает ли новая норма какие-то перспективы для модернизации? Тоже нет. Она не увеличивает количество инвестиций в ВПК, не создает конструкторские бюро, не увеличивает количество талантливых конструкторов, не создает современные производственные площадки, позволяющие создавать более эффективные образцы вооружений, нежели уже имеющиеся.

У наименее способной к критическому мышлению части электоральной массы может сложиться впечатление, что конституционные новации носят декларативный и даже декоративный характер.

Не исключено, что именно так оно и есть, если обратиться к такой разновидности политической технологии как подмена актуальной повестки дня.

В качестве примера стоит привести программную речь Арсения Яценюка образца пятилетней давности, агитировавшего за изменения внешнеполитического курса. Оратор акцентировал внимание аудитории на повышении зарплат и пенсий в 5 раз, европейском качестве образования и медицинского обслуживания. Тема вступления в НАТО, как не особо привлекательная для тогдашнего электората, в известном выступлении не звучала. Спустя пять лет уровень средней заработной платы в твердой валюте не только не вырос в 5 раз, а сократился на 20%. Да, значимость спикировавшего на дно политических рейтинг-списков Яценюка в современной отечественной политике достаточно условна, но его пример максимально иллюстративен.

Наиболее яркими фрагментами предвыборных выступлений Петра Порошенко по время похода на первый срок были 1000 гривен в день (на тот момент порядка 3000 долларов в месяц) военнослужащим и окончание вооруженного конфликта в кратчайшие сроки. Спустя 5 лет Кабмин устанавливает минимальный уровень зарплат для военнослужащих на уровне 10 тысяч гривен (менее 400 долларов), а вооруженный конфликт еще дальше от завершения, нежели 5 лет назад.

Если программные установки не выполнены, то всегда есть возможность их небольшой корректировки. Поэтому в качестве значимого достижения объявляются мероприятия, носящие исключительно символический характер.

Если папа, обещавший детям конфеты, съел их по дороге, то у него есть два варианта: либо признать, что он безответственный родитель, либо убедить детей в том, что конфетные фантики гораздо конфет. Но если детей, тонко чувствующих нюансы, провести на подобной мякине практически нельзя, то значительную аудиторию, давно утратившую часть информационного иммунитета за долгие часы, проведенные у телеэкранов, в принципе, можно.

Дмитрий Михайлов