Сексуальная дезориентация в Верховной Раде

850

Вместо эпиграфа

"Какой-то вы маньяк не сексуальный".

(Владимир Вишневский, одностишье)

Одно из основных правил альтернативной демократии звучит следующим образом: чтобы расширить права, надо их сначала сократить. Пока в сопредельных землях, тоже оказавшихся на историческом перепутье, борются, например, за запреты ношения кружевного нательного белья, в недрах нацеленного на евроинтегрированность сообщества зародилась идея запретить публичные проявления какой-либо сексуальной ориентации. Чтобы в серьезности намерений не оставалось никаких сомнений, член парламентской фракции "Блок Петра Порошенко" Олег Барна зарегистрировал в Верховной Раде проект соответствующего закона. Благодарить его за это пока рано, так как проект еще не поддержан мастерами законотворческого цеха.

В пояснительной записке автор вполне грамотно использовал такой проверенный прием манипуляции массовым сознанием, как помещение информации в негативный контекст.

«В последнее время происходит моральный упадок общества, связанный с радикализмом, насилием, пропагандой порнографии, разного вида сексуальными маршами, публичными выступлениями, рекламой того или иного вида сексуальной ориентации личности и так далее», - сообщил автор в пояснительной записке, предоставив в руки начинающих агитаторов прекрасную стандартную заготовку с заменяемой частью, в которой после слов «пропагандой порнографии» можно вставлять все что угодно: ловлю бабочек сачком, коллекционирование почтовых марок, продажу укропа у входа на станцию метро и так далее. Но читателя с самого начала следует подвести к пониманию: революция, в том числе и антисексуальная, существует для того, чтобы любую ситуацию довести до абсурда.

Камнем преткновения на пути идей, извергнутых из недр сознания самых могучих мыслителей прошлого и современности, нередко становится вопрос о практической реализации.

В данном случае, автор предложил внести в закон «О защите общественной морали» следующие строки: «Производство и оборот в любой форме продукции, содержащей информацию о сексуальной ориентации лица или пропаганду любого вида сексуальной ориентации человека, запрещается». Относится ли это и к художественной литературе, драматургии, кинематографии живописи? Возможно, нет. Хотя от беспокойного сознания законотворца всего можно ожидать, на что самым непосредственным образом указывает формулировка «в любой форме». Но, к примеру, такой популярный некогда слоган, как «Папа, мама, я – спортивная семья», по версии депутатика, уходит в небытие, потому что здесь четко видно кто на кого ориентирован. Как говаривал один из главных персонажей устного народного творчества Владимир, отвечая на вопрос «Ты кого больше любишь, папу или маму?», «В нашей семье все по-другому: папа любит маму, а я в их дела не вмешиваюсь».

Многомиллионная армия поклонников Маргарет Митчелл вообще переживает состояние глубокого грогги. Что будет с легендарным постером к экранизации «Gone With the Wind», на котором Скарлет О’Хара и Ретт Батлер не оставляют зрителю абсолютно никаких сомнений в своей сексуальной ориентации?!

Далеко не все являются фанатами пьесы «Вильяма нашего, понимаете ли, Шекспира», в которой два лица, к тому же несовершеннолетних, демонстрируют свои сексуальные предпочтения с максимальной художественной выразительностью. Но пьеса идет в театрах. С чем придется либо смириться, либо бороться. Так как Шекспира смотрят даже дети. Самым безболезненным вариантом было бы слегка подправить классика. Превращение Ромео и Джульетты в два бесполых существа, мирно играющих в шахматы на сцене, решит абсолютно все спорные вопросы.

Из наиболее известных сценических наработок, пожалуй, в нетронутом виде стоит оставить Гамлета, снедаемого более жаждой мести, нежели плотскими страстями, и Колобка, о котором даже так прямо и не скажешь, мальчик он или девочка.

Так как любой закон ничтожен без примерного назидательного «а-та-та», непременно должны быть внесены изменения в Уголовный кодекс, дополнив его статьей 180-2.

За подлежащие запрету вышеуказанные действия предлагается ввести наказание в виде наложения штрафа от трехсот до трех тысяч необлагаемых минимумов доходов граждан и общественные работы на срок от двадцати до шестидесяти часов. Не сталинские лагеря, но тоже неприятно. 3000 минимумов – 51 тысяча гривен. Для уплаты подобного штрафа абсолютному большинству жителей страны пришлось бы если не почку продавать, то присесть на исключительно полезную картофельную диету года на два, на три.

И опасайтесь оступиться повторно, ибо это уже штраф от шестисот до шести тысяч необлагаемых минимумов доходов граждан и общественные работы на срок от сорока до шестидесяти часов.

А 6000 минимумов – это 100 тысяч косарей. Ибо dura lex, sed lex, как говаривали Марк Тулий Цицерон, когда наблюдал какие-либо косяки в общественной жизни.

Конечно же, представители медиа не могли отказать себе в удовольствии мелкого зубоскальства, тут же поставив вопрос ребром: попытка депутата Барны подхватить на руки Арсения Яценюка и унести его в неизвестном направлении – это демонстрация сексуальной ориентации или гражданской позиции? Шутка лежала на поверхности, а следовательно, от массового ее тиражирования стоит отказаться как от очевидной.

Отметим лишь, что поддавшись либо внутренним предубеждениям, либо неистребимой тяге к саморекламе, инициативный депутат целенаправленно или неожиданно для самого себя подвел всю провластную коалицию вместе с попутчиками. За блюдением общественной морали в целом, несомненно, просматривается более конкретный вопрос: быть или не быть ставшим традиционными киевским гей-парадам впредь. В то время, когда европейские политики призвали высшее руководство страны хотя бы раз в году влиться в ряды ЛГБТ-сообщества, всплывшая законодательная инициатива выглядит ржавым гвоздем, торчащим из визуально крепенького сарайчика. Проигнорировать призывы евроколлег – это одно. Море работы, горы работы, некогда голову поднять, понимаете ли, страна в кризисе выше ватерлинии, управленческий класс горит и плавится на трудовой вахте. Не до того. Sorry, scusa, entschuldigung. Иное дело выказать открытую враждебность гей-парадному движению, запретив оное под страхом общественных работ. Не проголосовать за проект – вызвать в очередной раз раздражение традиционалистов, которые на данный момент хоть и не представляют сколь-нибудь сплоченный электоральный сгусток, но, психанув, могут насыпать кое-каких процентов в избирательную урну не за того, за кого надо. Вот вам, товарищи гроссмейстеры, полный цугцванг, чтобы мозговая извилина не сильно расплеталась. Благо политика – не шахматы. Если в игре ходить обязательно, то в отечественной политике, как показывает практика, лучшее действие – это полное бездействие. И если автору проекта удастся дотащить свое детище до сессионного зала, то появятся крайне серьезные основания уверовать в существование альтернативного мирового заговора. 

 

Дмитрий Михайлов